RSS

Илья Константинов: Страх

Что с нами происходит? Нет, в данном случае я веду речь не об экономике, с ее кризисами, инфляцией, коррупцией и прочими прелестями. И не о политике, ориентиры которой меняются так быстро, что утомленные за день глаза, к вечеру не могут уследить за ловкими манипуляциями политических шарлатанов.

И даже не об идеологии — какая идеология в век постмодерна, когда пропагандистский хор начинает концертную программу с «Боже царя храни», затем плавно переходит к «Интернационалу», а на бис с энтузиазмом исполняет «Мурку»?

Я о душе, но не в смысле ее спасения для вечной жизни — это к священнику, а в самом простом и общеупотребимом значении этого слова: «на душе тревожно», «душа болит». Именно так: болит душа, когда смотришь по сторонам незамыленным взглядом, и думаю — не у меня одного. Каждый день, и не единожды, натыкаешься на что-то такое, что царапает эту чувствительную субстанцию, вызывает недоумение, негодование или даже отвращение. И постоянно возникает один и тот же вопрос: зачем? Ну вот, зачем вам, уважаемые министры, депутаты, горланы-главари и прочие общественники это нужно? Что же вам все неймется?

Не будем залезать в те деликатные области, которые постоянно чешутся у встающей с колен державы — поговорим о житейском. Ни дня мы не можем прожить без законодательных инициатив, причем, обязательно драконовских. Вот опять: в Госдуме разрабатывается новый законопроект о введении уголовной ответственности за насмешки над школьными учителями и «упреки в некомпетентности».

Нет, я вовсе не сторонник вседозволенности учеников и их родителей — фигура учителя, разумеется, должна быть окружена уважением. Как государства, всего общества, так и конкретных учащихся и их семей. Но при чем здесь уголовная ответственность? И можно ли избежать упреков в некомпетентности, если они заслуженные?

Помните: «Я им говорю: «Не ложьте зеркало в парту», а они все ложат и ложат». Как тут не упрекнуть в некомпетентности? И после упрека — в тюрьму? Вместо традиционного «Доживем до понедельника»? Просто всем дожить до следующего понедельника…

Ну ладно, нынешние депутаты — какой с них спрос? Но ведь и «представители педагогической общественности» — все, как один «за». Похоже, что кроме тюрьмы, наше общество никаких иных средств воспитания юного (а также зрелого и пожилого) поколения уже не видит.

Да, бывают дети, выделяющиеся особо гадким поведением. Они всегда были. Но, кстати, даже в многоругаемые советские времена было практически невозможно просто исключить учащегося из школы. Терпели до окончания 8 класса, там хоть ПТУ брало на себя нагрузку, потом армия. Впрочем, не только до 8 класса терпели, бывало, и до окончания школы. Это когда «чьи надо дети» и «какие надо родители». А что, сейчас что-нибудь изменилось? Чьи надо дети также будут продолжать учиться, какие надо родители всегда так или иначе договорятся с руководством школы, а вот что будет с теми, кто ни «чьи», ни «какие»? Это для них — уголовная статья за «оскорбления, насмешки, упреки в некомпетентности, поучения, формирование негативного отношения в среде учителей и родителей и так далее«? Или случится коллизия — оскорбленный в одних чувствах против оскорбленного в других — и тут уж кто кого, до полной победы?

Еще раз: я целиком за уважение всех ко всем. За корректность, за такт. Но даже в самих принимаемых последние годы законах я не вижу ни уважения, ни корректности, ни такта. Это не уважение всех ко всем, это война всех со всеми. Сверху подначивают, а общество уже готово с радостью расправляться с новообретенными врагами.

Кто никогда не жил в коммуналке, не понимает, насколько бескомпромиссной бывает такая борьба — не на жизнь, а на смерть. Когда любым способом досадить ненавистному соседу — дело чести, доблести и геройства. Общество все больше напоминает «Воронью слободку», где все недолюбливают всех, учат жить и коллективно боятся пожара. И дождались-таки, такое вот самосбывающееся пророчество получилось.

Мы уже давно боимся друг друга и еще чего-то глобального, нам не подвластного. И со страха готовы городить запрет на запрете, угрозу на угрозе, тюрьму на тюрьме. Не только дальнего, но и ближнего своего мы готовы принести в жертву собственным страхам — даже наших детей: исключить из школы, поставить на учет, посадить.

Но все это не избавляет нас от страха: дети вырастут, отучатся, не дай бог сделают замечание учителю с неизвестными теперь последствиями, а потом спросят с нас за все: за преданные убеждения юности, за карьеризм, за продажность, за слабость, за трусость, за страх.

За то, что мы вырастили это чудовище: обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй, которое так же боится каждой тени, как и каждый из нас в отдельности. Цербер боится не меньше тех, кого стережет.

Но и предвкушать пожар — тоже последнее дело. Умные застрахуют имущество, другие свяжут вещи в узлы на вынос, некоторые уйдут ночевать по знакомым. Но будет и «ничья бабушка», которая «не верит в электричество», будет и мечтающий «преобразиться в пламени» поэт Васисуалий Лоханкин. Но он не преобразится. Общество тоже.

Еще и еще раз: учителя должны быть защищены от хамства. Но сами-то учителя уверены, что хотят делать это ценой заведения уголовного дела на ребенка? Не административного, а уголовного? И неужели все до одного родителя уверены, что их ребенок однажды не поправит учителя: «нельзя говорить «ложить»?

Оригинал — http://ivkonstant.livejournal.com/470346.html

Comments

comments

WordPress 4 шаблоны
{lang: 'en-GB'} v