RSS

Можно найти съедобную пиццу и суши, но лучше не есть местные расстегаи — они сделаны с ненавистью

В Литве есть все, о чем может мечтать человек. Сидя в компании русских политэмигрантов напротив университета, в котором учился Мицкевич, я спросил у официанта, какой самый экстремистский напиток у них есть. И мне немедленно принесли 75-градусный бальзам «Жальгерис» на меду: большего экстремизма и представить себе трудно. Есть здесь, к примеру, собственный твердый сыр, который в России несмотря на века самодержавной империи делать так и не научились — были очень заняты конструированием чего-нибудь кинг-сайз.

Судя по речам моих вильнюсских друзей, не хватает Литве только грохочущего метро, огромных автострад, по которым движутся сплошным потоком автомобили. Но за этим можно ездить в Берлин, а в будущем, конечно, будут компьютерные симуляторы родины — словно ты бесконечно стоишь в пробке на Садовом 30 декабря, и сверху падает снег, и горят огни.

Литва дает аналогии — что было бы с любым российским регионом, особенно из числа тех, кто есть собственные языки и народы, если бы он перестал рассматриваться как московская провинция. Как могла бы выглядеть, например, Удмуртия. Стоит взять еду как институт, чтобы увидеть разницу. Вильнюс наполнен ресторанами традиционной крестьянской еды, а они наполнены людьми — половина из которых говорит на английском, а остальные на литовском и русском.

Я вывел закон: чем уже улицы, тем больше порции в тарелках. Цеппелины и картошка во всех видах, борщ с грибами, мед — это еда бедняков, из суровой северной страны, где к тому же нет моря — мы сами живем в такой. Но бедняков гордых, знающих себе цену и умеющих приготовить свою картошку, не стыдиться ее. Этого у нас как раз никогда не случалось — как известно, русская кухня нам самим кажется не очень, да и не ясно, что такое это самая русская кухня. Если приехать в среднерусский город, то там можно найти съедобную пиццу или суши, но лучше даже не пытаться есть местные расстегаи — они сделаны с ненавистью.

Без особой связи с предыдущим — поэт Балтрушайтис вел долгую переписку с философом Шпетом, уговаривая того, получить литовский диппаспорт и легально выехать с ним из Советской России. Шпет по-интеллигентски отказывался, дескать, неудобно так обязывать вас.

Отчего-то через века мода не меняется — бежать через литовские заставы.

оригинал — https://www.facebook.com/kmartynov/posts/1202003413166758

автор — Кирилл Мартынов

Комментарии

Комментарии