RSS

Не выблевало наше поколение, «не шмогло»

Убежденный конформист как зеркало русской смуты. Когда это было? Кажется, в середине 70-ых — нам с друзьями удалось посмотреть знаменитого «Конформиста» Бертолуччи. Мы шли по вечернему, полутемному Невскому, тогда вовсе не блещущему огнями, и говорили, захлебываясь эмоциями. Нет, ни за что, лучше умереть сразу, чем прожить такую жалкую жизнь, как герой фильма – Марчелло Клеричи — недоделанный фашист. Даже не фашист, а так, не поймешь кто, мокрица какая-то. Одно слово – конформист. Мы понимали уже тогда, что это не только про Италию времен Муссолини. Это и про нашу страну, и про наших людей. Но не про нас – мы другие, наше поколение всю эту гадость выблюет.

И вот через сорок лет мне вдруг захотелось пересмотреть этот фильм. Не знаю почему. Вообще-то я не такой уж любитель кинематографа, больше на книжки привык налегать. Но тут потянуло. Может быть, из-за того, что выборы на носу? Скачал в интернете и… сразу понял, почему меня так тянуло к этой старой ленте.

Не выблевало наше поколение, «не шмогло», более того — стало еще конформнее. Или сделало еще один шаг к пропасти. Потому, что общество конформистов может сорваться в любой штопор, заболеть любым безумием, если им заражены лидеры и законодатели мод.

Это кажется парадоксальным, ведь конформист, по общему мнению – конечно, приспособленец, но человек себе на уме, рационалист и прагматик. Он может прикидываться приверженцем любой идеологии лишь до тех пор, пока ему это выгодно. Ни в огонь, ни в воду за убеждения конформист не пойдет. И влиянию тоталитарных идеологий он не подвержен. Увы, двадцатый век показал, что подвержен, еще как подвержен. Оказалось, что среди конформистов есть разные подвиды: рациональный и интуитивный, корыстный и бессребренник, наконец — «конформист пассивный» и «конформист пламенный».

Из банальных аксиом не всегда следуют банальные выводы. Конформизм – одно из основных свойств человеческой психики – это банальное утверждение. Как и то, что все вменяемые люди в той или иной степени конформны. Различия в степени зависимости от окружения и в характеристиках референтных групп, то есть, в том, на кого именно человек ориентирован. Как говорится: кому поп, кому попадья, а кому попова дочка.

Так вот, если «попадья» обладает харизмой и бешеным темпераментом, то вокруг нее обязательно сгруппируются «пламенные конформисты», готовые жечь своих оппонентов, как глаголом, так и коктейлем Молотова. Причем, готовность жечь, и даже гореть самому, вовсе не обязательно говорит о наличии у человека твердых убеждений. Это может быть лишь свидетельством его впечатлительности и внушаемости.

Далеко не все позавчерашние коммунисты, плавно перешедшие в лагерь «бройлерных» демократов (которые внезапно откуда-то и быстро выросли) и мигрировавшие затем на просторы государственно-патриотической идеологии, совершали эти головокружительные сальто из прагматических соображений. Многие, но не все. Некоторые (и я немало таких людей знаю) в каждой их своих ипостасей были совершенно искренни. Встречались среди них и такие, кто ради своих (постоянно меняющихся) убеждений готов был хоть на костер взойти. Лишь бы на миру. Лишь бы под овации.

Но если так, то это свидетельствует не столько о сильном патриотизме, сколько о внушаемости, в основе которой лежит конформизм. На этом фундаменте и держится традиционно российская власть.

А оппозиция?

Когда-то, в самом начале 90-ых, мне случилось побывать на выступлении заезжего американского проповедника. Несмотря на то, что он пользовался услугами переводчика, речь его имела огромный успех: все было расписано, как по нотам – каждая интонация, каждое слово, каждый звук. Складывалось впечатление, что ты находишься внутри хорошо отлаженной машины, которая чисто технологически запрограммирована на твою переварку. Такие же чувства, судя по лицам тех, кто встал и покинул зал, возникли еще кое у кого. У меньшинства. Большинство подчинилось.

Удивительно, но точно такое же ощущение возникло у меня пару лет назад на одном из оппозиционных митингов – тщательно отрепетированный спектакль, хорошо отлаженная машина. Что же в этом плохого, спросите вы? На аналогичных технологиях работают самые успешные демократии мира.

Не спорю, работают. Но у Запада есть незаметные для внешнего наблюдателя, но незыблемые основы. А еще у них за спиной лет семьсот университетской культуры. А это не вытравишь.

У них даже абсолютное зло более изыскано, как у Бертолуччи или Кавани («Ночной портье»). Для столь утонченного зла нужно иметь за спиной все «излишества» европейской цивилизации. Потому-то наш политический ландшафт кондовее и не испорчен рефлексией. Не отягощенный эстетскими изысками, российский политикум накидывает на себя любую модную одежду и накрывается удобным зонтиком. «Как распознать фальшивку» ? – спросите вы. Проще всего по голосу. Если услышите, что кто-то по поводу и без повода начинает орать «Отечество в опасности», «Фашизм не пройдет», или «Все на борьбу с коррупцией» — да неважно что, любой абсолют — значит, эта зараза мимо него действительно не прошла, зацепила.
Абсолютная открытость для манипуляторов.

Западным человеком тоже можно манипулировать, но до известного предела. Есть ли такие пределы у нас? Наверное, есть, но пока мы их только нащупываем.

Это я все к тому, что на этих выборах о партийных симпатиях для меня и речи быть не может. Симпатичные кандидаты есть, и поддержки они более чем заслуживают, а вот все партии представляются мне серийным машинами для манипуляции, глубоко чуждыми. Как говаривал некогда Сенека: Все у нас, Луцилий, чужое, одно лишь время наше.

Впрочем, и времени у нашего поколения остается все меньше. Надо спешить передать следующим за нами свой опыт. Пусть и негативный, во многом. Отрицательный результат это тоже результат.

Для начала хотя бы так: сами и только сами, иначе опять попадем в круговорот дутых лидеров и мнимых вождей.
А там видно будет.

оригинал — https://www.facebook.com/ivkonstant/posts/1281837238550138

автор — Илья Константинов

Comments

comments

WordPress 4 шаблоны
{lang: 'en-GB'} v