В кризис.ру
Завершился первичный этап процессуального оформления масштабного криптодела. На текущий момент два десятка человек — сотрудники девяти криптообменников и курьеры — пребывают в статусе арестованных. Обвинение сформулировано по части 4 статьи 159 УК РФ: мошенничество в особо крупных размерах. Брали их в деловом центре «Москва-Сити» силами ФСБ. Можно сказать, штурмом, со спецсредствами. Вскрывались бронированные двери офисов башни «Восток» комплекса «Федерация». Все названия — символ на символе.
Большинство арестованных, в основном молодые курьеры, признают вину и дают признательные показания. ЦОС ФСБ объявил о пресечении каналов «системной легализации похищенных у российских граждан средств». Речь идёт о ежемесячном обороте в миллиард рублей. Платформы на данный момент не названы. Это были не публичные криптобиржи, а теневые обменники. Организаторы привлекали молодёжь, курьеры принимали наличные миллионы от обеспеченных пожилых людей. Легендировалась схема «спасением сбережений от украинских агентов». Некоторые исполнители, как теперь говорят, искренне верили, что работают на ФСБ.
Полученный кэш доставлялся из провинции в офисы «Москва-Сити». Операторы конвертировали рубли в стейблкоины USDT или биткоины, после чего переводили на блокчейн-адреса конечных бенефициаров. Вне юрисдикции РФ. Оперативность и анонимность криптовалютных транзакций позволяли обходить банковский комплаенс.
Всё бы понятно, а где-то даже банально. Если бы не подключение органов госбезопасности к расследованию телефонного мошенничества. ФСБ утверждает, будто ликвидированные криптообменники финансировали украинскую армию и российские диверсионные ячейки. Фигуранты проверяются на статью о «содействии террористической деятельности».
В конкретном разрезе это более чем сомнительно. Но в принципе неконтролируемый канал трансграничного перемещения ликвидности реальная угроза государству. Достойная внимания контрразведки и ЗКС ФСБ. Показательно, что накрытие московского криптохаба совпало с путинским подписанием закона о жёстком регулировании цифровых валют. Рынок крипты подлежит принудительному огосударствлению. «Серые зоны» более не предуссмотрены. Однако и разрешения не спрашивают.