«Многие демотивированы и разочарованы нашим снятием. Один из моментов, которые могут поддержать людей — находиться в кругу своих единомышленников. Это будет иметь не только политический, но ещё и психотерапевтический эффект», — заявил председатель московского отделения партии «Яблоко» Кирилл Гончаров. По его словам, заявления в «Яблоко» подали за последние дни 8 тысяч человек. Эффект изъятия партии из бюллетеней на ритуал 20 сентября, приговора Льву Шлосбергу, уличных задержаний.
Первоначальный допуск «Яблока» к госдумским «выборам» был инициирован путинской администрацией с особой санкции Сергея Кириенко. Дабы канализировать и слить антивоенные настроения: вместо активных действий — бессмысленная ходка в урну. Повышающая явку для прокремлёвских партий. С последующим насчитыванием позорной малой процентовки. Но замысел манипулятивной «башни» показался избыточным в «башне» силовой. Вторая служба ФСБ, накручивающая прямую репрессивность, настояла на снятии «Яблока». Через злобно-комичный, как и всё у депутата Журавлёва, иск партии «Родина».
Как видно теперь, обе «башни» внакладе не остались. Восемь тысяч, по российским масштабам, почти незаметно. Хотя и много по масштабам «Яблока» — вдвое превышает нынешнюю партийную численность. Но всё же и это всплеск. «Аптечные» манипуляторы получили искомое. Очередной сеанс унижения и деморализации вызвал кое-какой интерес к политическому симулякру.
Протесты сливаются в бессмысленную толкотню поддержки у здания Верховного суда, в последующие задержания и требования председателя Яблока» Николая Рыбакова задержания прекратить. Несогласная интеллигентная молодёжь закручивается на холостом ходу. «Яблоко» же тем временем призывает к «прекращению огня» без вывода российских войск с оккупированных территорий. То есть, к фактической капитуляции перед путинским Кремлём. Кто же будет замечать такого рода нюансы «антивоенности» в текущем бурном контексте.
В очередной раз, по …надцатому кругу, рисуется «легальный политический процесс». Как в грубоватом анекдоте про эскортниц, которые раздеваются не за плату, а за обещание когда-нибудь дать в долг.
Но развивается и процесс реальный. Не только вверху, где государственная экономическая политика подводится под единую Службу тыла. Внизу, в обществе — тоже.
Росфинмониторинг поставил новый рекорд: в официальном перечне «террористов и экстремистов» появился барнаульский подросток Иван Мальцев. Никого моложе полка нет. Четырнадцать ему исполнилось два месяца назад. Подозревается то ли в поджоге полицейской машины, то ли в подготовке поджога, то ли в наличии возможности поджога.
В Петербурге только что взяли подростка за поджог трансформатора на желдорстанции. Но тому пятнадцать лет, аж на год старше. Виктор Калинин, тоже из Петербурга, был самым молодым до Ивана Мальцева — те же четырнадцать. Поджог релейного шкафа. Пока в «Яблоке» ждут психотерапевтического эффекта от восьми тысяч партанкет.
Люди постарше действуют жёстче. Маргарита Реут ликвидировала в Севастополе капитана Шагеева аккурат в дни «яблочной» свары. Банкет генерала Чайко в Balzi Rossi подорвался когда «Яблоко» ещё почивало на списочных лаврах ЦИКа. Тюменская перестрелка с ФСБ случилась ещё до регистрации «Яблока», ныне отменённой. Жизнь стремительно опережает бессмыслицу.
Виктор Фролинский