Северокорейский режим сменил министра обороны. На заседании Центрального военного комитета правящей ТПК снят с министерской должности генерал Но Гван Чхоль. Бесследно он не исчезает, но понижается до первого зама в партийном департаменте боеприпасов. Военным министром поставлен генерал Ким Сон Ги, ранее начальник армейского Главполитуправления. Решение продиктовал Ким Чен Ын — генеральный секретарь ЦК ТПК, председатель Госсовета КНДР, верховный главнокомандующий и высший руководитель.
Экс-министр Но Гван Чхоль находится под международными санкциями по нескольким основаниям. Причастность к северокорейской ядерной программе. Принудительный труд военнослужащих. Охрана лагерей. Оперативные армейские патрули в помощь полиции и госбезопасности — для обысков и арестов за «враждебный культурный контент». Стрельба по перебежчикам на границе. Наконец — прямое северокорейское участие в путинской войне против Украины. Именно с ним российский коллега Андрей Белоусов демонстрировал подчёркнутую близость.
Но при всём том генерал считается представителем «умеренного крыла» северокорейской элиты. Военную карьеру он делал по линии генштабного НИИ. Сопровождал Ким Чен Ына на сингапурском саммите с Дональдом Трампом. И якобы, если верить экспертам, предпочитал тормозить военную эскалацию на Корейском полуострове. Хотя бы потому, что не сомневался в готовность КНДР к полномасштабному конфликту.
Ким Сон Ги — главполитрук, и этим одним всё сказано. Он тоже под международными санкциями. На тех же основаниях, что отставленный Но Гван Чхоль. Есть, правда, процедурное отличие. Министр, как первое лицо, подвергался санкциям персонально. Его преемник — институционально, наряду со всеми функционерами определённого уровня. Но теперь будет сообразно новому статусу. Есть за что: Ким Сон Ги командовал идеологическим террором по военной линии. Политорганы проверяли и согласовывали отправку в Курскую область каждого северокорейского солдата. Так что белоусовское ведомство партнёров не теряет. Скорее наоборот, замена пойдёт в укрепление альянса.
Но даже относительный прагматик в военном министерстве уже не устраивает Ким Чен Ына. Нужен фанатичный идеолог-инквизитор, любой приказ исполняющий с огнём в глазах. Хоть бы даже суицидальный.
Происходящее в Пхеньяне регулярно откликается взаимным эхом с Пекином. Позавчера из Центрального военного совета КНР выведены генералы Чжан Юся и Лю Чжэньли. ЦВС КНР — государственный орган, решение принималось Постоянным комитетом Всекитайского собрания народных представителей (ПК ВСНП — президиум «парламента»). Есть ещё Военный совет ЦК КПК (ЦВС КПК), о выводе генералов оттуда официально не сообщалось. Но два совета идентичны и функционирует не параллельно, а совместно. Исключение из одного подразумевает уход и из другого.
Зампред ЦВС Чжан Юся и начальник Объединённого штаба ЦВС Лю Чжэньли арестованы ещё в начале года. По масштабным коррупционным обвинениям. Как выясняется все эти месяцы они формально числились в высшем органе военно-политическом власти. Не говоря, об их особой близости к генеральному секретарю ЦК КПК, председателю КНР Си Цзиньпину. Что, видимо, и породило опасение военного заговора. Слишком уж близко стояли. Да ещё оба с военным опытом: Чжан воевал с Вьетнамом в большой войне 1979-го, Лю участвовал в китайско-вьетнамских боестолкновениях 1980-х.
Такие наверняка имел собственные представления о военной доктрине верховного правителя. И далеко не факт, что разделяли планы обозримого захвата Тайваня. Даже «хирургической» интервенцией с опорой на высокие военные технологии, о чём грезит Си. Реально воевавшие генералы не подвержены геополитическим иллюзиям. Догадываются, что ожидает НОАК и КНР в целом при такого рода попытке. Профессиональный прагматизм военных партийное руководство воспринимает как автономный политический центр. Значит, заговор.
Ситуация примерно та же, что в Пхеньяне. Но Гван Чхоль притормаживал военную составляющую истерии против Южной Кореи. Между тем, Ким Чен Ын уже запустил каток: Юг объявлен главным врагом навсегда, об объединении речи больше нет, наращивается превосходство в артиллерии, допускается использование тактических ядерных зарядов. Это не хирургия Си, это рубиловка насмерть. Ибо северокорейский тоталитарный вождь ставит не геополитические, а сугубо классовые задачи. Просто нужна война. Как Путину с Украиной. Ким-политрук понимает, что надо Киму-диктатору.
Но и Си Цзиньпину не нужны стратеги со своим мнением. Нужны беспрекословные исполнители. Послушно штампующие партаппаратные директивы. Готовые спустить курок по первому сигналу. Профессиональный военный расчёт оттесняется номенклатурным вождизмом.
Погоны те же, но стратегии иные. Дальневосточные коммунистические режимы на глазах меняют военные парадигмы. С треском проседают сложившиеся архитектуры безопасности Азиатско-Тихоокеанского региона. Тревожные толчки ощущаются и в Восточной Европе.
Сдерживающие факторы отпадают. Между тем, Пхеньян вообще на военной оси с Москвой, а с Пекином у обеих столиц особые отношения. Степень ввязывания в путинскую войну, накручивание напряга с Тайванем — такие решения принимаются единолично. Без противовеса военного здравомыслия. Альянсирование диктатур отливается в опасный монолит.
Роман Шанга