Воскресенье размашисто прошлось по политической карте обеих полушарий. Исторический сдвиг происходит в Сербии: реформистская коалиция разгромила правящую партию Александра Вучича. В Бразилии электоральный триллер обернулся удержанием статус-кво: лидер бюрократии левого уклона Инасиу Лула да Силва всё же одолел правоцентриста Флавиу Болсонару. В Болгарии пока закреплён умеренно-консервативный откат: Илияна Йотова и Андрей Гюров сойдутся во втором туре 1 ноября.
О своём поражении первым сообщил сам Вучич: «Согласно данным, полученным на основе стратифицированной выборки, совершенно ясно: мы проиграли». Разрыв оказался колоссален: 53% за оппозиционный «Студенческий список – Студенты побеждают», лишь 39% за блок «Александр Вучич – Объединённая Сербия». Оппозиция получает в Народной скупщине порядка 140 мест, коалиция Вучича только 105. Пройдут ли списки нацменьшинств или несколько депутатов других партий, не имеет принципиального значения. Формировать кабинет будет протестное движение.
Сербия по Конституции — парламентская республика. Политику определяет правительство, на основе большинства Скупщины. Значимость президентской должности в минувшие девять лет определялась конкретной персоной. Вучич — политик сильный, умелый и не лишённый харизмы. За годы президентства он отстроил гибкую систему партийной автократии. Сербская прогрессивная партия (СПП) контролировала госаппарат, силовые структуры, ключевые активы и основные СМИ. Поэтому Вучич спокойно уходил с президентского поста. Уверенный в победе на парламентских выборах и сохранении власти через премьерство.
Большинство прогнозов подтверждали эту уверенность. СПП влиятельна в провинциальных массах, в небольших городах и сёлах, в «спально-пролетарских кварталах». Годами срабатывал синтез государственной опеки и националистической накачки. Причём в оптимальных дозах — без социалистического перебора в хозяйстве (экономический курс Вучича называли даже либеральным). Без шовинистического безумия времён милошевичевских войн. Со свободой бизнеса, с разрешённой оппозицией. Но с гарантией властной монополии и великосербской госидеологии. Нечто вроде раннего путинизма.
Так могло бы долго продолжаться, если бы не ноябрьская трагедия в Нови-Саде. Сербы могли прощать авторитарность, бюрократизм и цензуру, но не простили шестнадцати смертей при обрушении бетонного козырька на вокзале в Нови-Саде. Патриотизм и национальная солидарность обернулись против правящей группы. Никакие, даже самые мастерские, политманёвры Вучича ничего уже не меняли. Протестная волна не спадала. Против гибельной некомпетентности и коррупции, выявленных в ходе расследований.
Вучич обращался к путиноидной риторике в духе борьбе с «цветными революциями» и «западными инструкторами». Или вовсе раскрывал военный заговор. Общество в ответ консолидировалось вокруг студенческих комитетов. Уличный напор не спадал. При этом протестующие старалась держаться как бы вне политики, дистанцировались от традиционной оппозиции. Не возникало и руководящей группы протеста. Призрак вождизма отсекался заранее. Организаторами выступали либо сами студенты, либо люди, известные в своих профессиональных сферах. Как кардиолог Илия Срданович, ставший лицом движения.
Подобно социально близкому Орбану, Вучич не пошёл путём Лукашенко. Предпочёл признать поражение и остаться крупным системным политиком во главе оппозиционной теперь СПП. Вместо силовой авантюры, которую запросто могли слить сами силовики. Катастрофы эпохи Милошевича крепки в памяти. А сближение с Евросоюзом по-настоящему ценится.
Силовую систему Вучича олицетворяет министр внутренних дел Ивица Дачич. Представитель Соцпартии Сербии, происходящей из коммунистической партократии СФРЮ. Он насквозь прошёл все эпохи, начиная с милошевчевской. Умеет ладить с противоположными режимами. Сложнее будет начальнику госбезопасности — Агентства безопасности и информации — Владимиру Орличу: с его именем более других ассоциируются попытки подавления. Радикальная же автократия национал-коммунистического толка группируется вокруг бывшего вице-премьера, министра внутренних дел и обороны Александра Вулина — лидера Движения социалистов. Эта партия происходит из ортодоксально-коммунистической группировки «Югославские левые». Созданной в своё время Мирой Маркович, женой Слободана Милошевича (муж умер в Гааге, жена в Москве).
Сербию ждёт переформатирование государственности. Первой задачей нового правительства станет зачистка коррупционных цепочек. Причём под перманентным давлением СПП и вулинских ортодоксов. Придётся идти на трудные компромиссы. Ведь в руководстве «Студенческого списка» нет политиков, а управленцы понадобятся. Вероятно, типа того де Дачича… Никуда не денется националистическая струя, заострённая против независимости Косово — здесь в Сербии нет разногласий. Но в любом случае, тектоника уже свершилась. Залогом тут беспрецедентная 68%-ная явка. И очевидные изменения сербской политической культуры: не допускать насилия, не срываться в войну.
Удивительным образом бразильский левый социал-демократ Лула схож с сербским правым национал-консерватором Вучичем. Оба склонны к бюрократическому авторитаризму, лавированию между элитными группами, привлечению масс обещаниями и раздачами, а также альянсу с путинской РФ. Но есть и важное отличие: Лула выборы выиграл. По предварительным данным, его поддержали почти 52%. Флавиу Болсонару-младший, лидировавший в первом туре, собрал более 48%. Пришёл, можно сказать, предпоследним. Страна в полконтинента остаётся под левым контролем.
Лула победил голосами беднейших избирателей северо-востока. Но подлинные бенефициары его победы — аппарат правящей Партии трудящихся, актив профсоюзных конфедераций, менеджмент сырьевых госкомпаний. Короче, слои, завязанные на госсубсидии, сверху донизу. В этом плане статус-кво сохранён. Но Либеральная партия Болсонару удерживает большинство в палате депутатов. Сдержки-противовесы действуют, радикальный этатизм будет отшибаться и впредь.
Администрация США откровенно симпатизировала Болсонару. Теперь же наверняка перезагрузит приемлемые отношения с Лулой. Бразилия слишком важна как партнёр. Однако Трамп наверняка расценит исход выборов как оскорбление — до сих пор на всех латиноамериканских выборах последовательно побеждали его сторонники. Такого он не забывает.
А вот в Болгарии первый тур президентских выборов завершился в строгом соответствии с ожиданиями. На первом месте действующая президент Илияна Йотова. За которой нескрываемо стоит экс-президент и нынешний премьер-министр Румен Радев с его «Прогрессивной Болгарией». Многие болгарские избиратели благодарны генералу Радеву за прекращение бешеной политической тряски последних лет. И хотели бы жизни «как при Живкове, но без коммунистов». Не задумываясь, что так не бывает.
Соперник Йотовой во втором туре — правый либерал Андрей Гюров, бывший премьер-министр, представитель проевропейских сил. Разрыв не очень велик: 35% за Йотову, 31% за Гюрова. Выбыл из борьбы Костадин Костадинов с его партией «Возрождение». На словах якобы националистической. Реально проталкивающей в Болгарии путиноидную и антиукраинскую повестку.
Падение Вучича — сильнейший удар по балканским и европейским позициям Москвы. Новое правительство Сербии не порвёт с РФ — страна критически зависит от дипломатической поддержки в конфликте с Косово и от поставок российского газа. Но Владимир Путин утрачивает в Белграде давнего проверенного сателлита. Меняется общая атмосфера в регионе и на континенте. Возможное избрание Йотовой в Софии не перевесит белградских перемен. Зато в Латине успех Лулы сохраняет для Кремля привычного БРИКС-партнёра.
Как бы то ни было, есть в мире страны, где вопросы и конфликты решаются на выборах. Таковы, как выяснилось, не только Бразилия и Болгария, но также и Сербия. Можно за них порадоваться. Но помнить: это пока не про нас. Дела России по-другому делаются.
Роман Шанга