Чем закончится Четвертая мировая война и почему альянс Путина-Трампа ставит под угрозу весь мир, но, скорее всего, останется пропагандистским мифом. Публицист Андрей Андреевич Пионтковский поговорил с Каспаров.Ru о событиях последних дней, серьезно меняющих общую картину.

— В последние недели Трамп был основным положительным персонажем российских телевизионных передач. Но есть ли у Кремля причины для радости? Кажется, люди, которых Трамп набирает в свою команду, должны внести определенные коррективы в эту картинку.

А.Пионтковский— Мы прекрасно помним эйфорическую реакцию на победу Трампа в Государственной думе. Ее, а вернее поражение Клинтон, 9 ноября отмечали аплодисментами и банкетом с шампанским. Я тогда сказал, что мне это напоминает радость в бункере Гитлера в апреле 1945 года по поводу известия о смерти президента Рузвельта. Нацистским бонзам  показалось, что это может что-то изменить в отношениях США и Германии в ходе Второй мировой войны. Поражение Клинтон в разгар того, что в Кремле называют Четвертой мировой войной, вызвало такую же реакцию. Помните, госпожа Симоньян заявила, что ей хочется кататься по Москве в открытом автомобиле с развевающимся американским флагом?

Прошло больше двух недель, и в воскресенье в шоу Соловьева и Киселева все еще продолжали холуйски вылизывать Трампу зад, но уже прозвучали первые недоуменные нотки по поводу сделанных им назначений. Назначений, вообще говоря, крайне неприятных для российской власти. Казалось бы, можно выделить среди них нечто позитивное для Кремля – выбор на пост советника по национальной безопасности Майкла Флинна. Того самого, который на юбилейном обеде “Russia Today” сидел рядом с Путиным, произносил тост в его честь и все время повторял стандартный трамповский мем о том, что самый большой враг для американцев – это ИГИЛ, а Путин с ним борется, и потому нужно отбросить мелкие разногласия с ним по всяким несущественным вопросам вроде Украины и Балтии, и вместе сражаться с ИГИЛ. Но, во-первых, хотя должность советника по национальной безопасности звучит очень престижно и как бы значительно, она несоизмерима по весу с постами  Госсекретаря и шефа Петагона, и поэтому, кстати,  даже не нуждается в утверждении в Сенате. Во-вторых, Флинн уже начал менять свою риторику.

В частности, в одном из последних интервью он назвал Путина бандитом (thug). При этом он продолжает отпускать комплименты Путину как сильному  и мощному  руководителю. То есть, сильному и мощному бандиту, по Флинну.

А остальные назначения имеют вполне определенный  характер. Прежде всего, Майка Помпео, который возглавит ЦРУ. Это человек из Палаты представителей. Там он активно лоббировал принятый Конгрессом закон о поддержке Украины, настаивал на продаже Украине летального оружия. Еще две кандидатуры кажутся почти состоявшимися, и их окончательное утверждение, если состоится, сделает картину предельно ясной. Я имею в виду Митта Ромни, который может занять пост Госсекретаря, и отставного генерала Корпуса морской пехоты Джеймса Маттиса, который может возглавить Пентагон.

С точки зрения нашей пропаганды оба ярые русофобы. У Трампа есть особые психологические мотивы назначить Ромни, хотя во время предвыборной кампании они и обменивались с ним очень резкими комментариями. Хочу напомнить нашим читателям, что Ромни был соперником Обамы на прошлых президентских выборах. Причем самое принципиальное столкновение у них случилось по поводу отношения к Москве. Ромни говорил, что путинская Россия представляет экзистенциальную угрозу США, а Обама поднял его на смех, заявив, что Холодная война закончилась 20 лет назад. Видимо, Трамп настолько ненавидит Обаму и желание подвергнуть бывшего президента личному унижению так велико, что он готов назначить его противника Госсекретарем и подчеркнуто продемонстрировать, что тот был прав. Эти два назначения дополнят очень неприятную для Кремля картину.

— Такие ходы Трампа действительно трудно было ожидать?

— Дело в том, что глобальная внешнеполитическая повестка дня, которая прежде всего интересна для всего мира, не так уж первостепенна была для самого Трампа. Во время предвыборной компании Трамп обозначил вопросы, которые для него наиболее эмоционально значимы. По ним он в основном и сражался с Обамой. Это миграция, obamacare и потеря американцами рабочих мест. Основное внимание он будет уделять им, и здесь ему нужна поддержка республиканцев в Конгрессе. А они настроены резко против Путина, проукраински и пронатовски.

Видимо, Трампу придется с этими настроениями считаться и  пересмотреть свой мем про Путина и ИГИЛ. Трамп повторял его не потому, что он агент Кремля  – он выступал в роли классического полезного буржуазного идиота и до сегодняшнего дня пока еще не разделался до конца с этой внушенной ему пропагандистской концепцией.

Но возможно его насторожила классическая чекистская разводочка, которую Путин уже успел с ним разыграть.

Путин позвонил Трампу после избрания и поздравил его. Надо сказать, описания этой короткой беседы на сайте Кремля и на сайте самого Трампа разительно отличаются. На кремлевском сайте было написано, что Трапм и Путин сошлись во мнении, что самое главное сегодня – совместная борьба с ИГИЛом. И через несколько часов после появление этого коммюнике Путин развернул мощную, жестокую бомбардировку тех регионов Сирии, которые занимают повстанцы, противостоящие Асаду.

Ясно, что бомбежки будут продолжаться все два месяца до инаугурации Трампа. Цель – изменить соотношение сил на земле, помочь Асаду взять Алеппо и некоторые другие территории, и тем самым завоевать более выигрышные позиции для дальнейшего торга с Трампом.

Трампа поставили в довольно сложное  положение. Хочу обратить внимание на совершенно иезуитский пропагандистский момент: Москва утверждает, что она не бомбит Алеппо и, скорее всего, так оно и есть. ВКС разрушают школы, больницы в Хомсе, Идлибе, других суннитских районах, но, помня какое возмущение вызвали в мире бомбардировки восточного Алеппо и какое к этому привлечено внимание, сами они Алеппо не бомбят.

Эта часть грязной работы поручена сирийской авиации (на советских и российских самолетах, российскими бомбами). Кремль при этом всячески подчеркивает, что к трагедии Алеппо он отношения не имеет. Это мало кого убеждает, и западные и арабские  СМИ обвиняют и Асада, и Кремль.

Но Трамп молчит, потому что непонятно, что он сейчас может сказать: всю свою кампанию и даже уже после избрания (в интервью Wall Street Journal) он повторял всю ту же стандартную глупость про совместную с Путиным борьбу с ИГИЛ, и опровергнуть ее ему сейчас как-то неудобно. Хотя во время беседы с Путиным он такой позиции не выражал – это интерпретация Путина.

Я думаю, его советники поняли, какую Кремль осуществил разводку, и вряд ли Трампу она понравилась.

Вчера Соловьев, кстати, предпочел выбрать внутриполитическую тему – результаты гайдаровских реформ, и ушел от острого вопроса о назначениях Трампа. А Киселев вспомнил только, что главой администрации Белого дома станет православный – грек по происхождению Райнс Прибус, и записал это в продолжение “прорусской” тенденции. Но на кремлевском сайте “Life News” уже появилась статья “Бешеные псы Трампа. Зачем президент США набирает в команду врагов России”. Я думаю, что до инаугурации будет очень много неприятностей такого плана, и любовь к Трампу быстро сойдет на нет. Такое уже бывало. Вспомним, как ликовала советская общественность, что поборник прав человека Картер потерпел поражение, и президентом стал республиканец Рейган. Но именно Рейган затем похоронил Советский союз.

— Есть ли вероятность, что Путин воспользуется двухмесячным параличом администрации Обамы, чтобы развернуть наступление в Украине? Или хотя бы новую пропагандистскую кампанию. На днях в Крыму российский суд арестовал еще двух людей по обвинению в диверсионной деятельности. Похоже на новую игру с Западом.

— Нечто подобное с диверсантами мы уже видели в августе. Но кроме этого маленького путинского Гляйвица тогда вообще черт знает что происходило: невиданные с 1945 года военные маневры с участием гражданских организаций, Центробанка, Министерства финансов и других таких структур, учения гражданской обороны. В Украине за всем этим наблюдают очень внимательно, и хорошо понимают, что это игра “держите меня, я припадочный”, и нужна она, чтобы заставить Запад пойти на какие-то уступки и оказать дополнительное давление на Киев с целью принятия путинской интерпретации Минских соглашений. Но этот шантаж  уже не работает, потому что Запад понял: Путин не выполняет базовый пункт соглашений о прекращении огня. Конечно, можно было бы долго спорить, что раньше – выборы или передача границы, но есть эта куда более очевидная договоренность. А Путин и Лавров уже не раз проговаривались, что никакого прекращения огня не будет, пока не произойдет политического урегулирования.

С другой стороны, если Путин намерен использовать два месяца безвластия в Вашингтоне для изменения расклада сил в Сирии, почему бы ему не сделать тоже самое в Украине. Но тут есть разница: в Сирии он еще может цепляться за совместный миф о борьбе с ИГИЛом, а в Украине любая эскалация вроде попытки взять Мариуполь или пробить коридор в Крым, будет встречена Западом очень резко, причем как раз в тот момент, когда вся внешняя политика Кремля направлена на снятие санкций.

Кстати, хочу еще раз сделать комплимент нашему выдающемуся кроту гражданского общества на самой вершине преступной власти, Алексею Алексеевичу Венедиктову. В своем последнем выходе на связь в традиционном формате беседы Шерлока Холмса с верным Ватсоном – Бунтманом, он снова, убедительно ссылаясь как обычно на самые высокие источники, говорил, что санкции для Кремля очень болезненны, и все, что делают сейчас российские власти, направлено на то, чтобы их снять. Не случайно два дня после встречи с японским премьером в СМИ косяком пошли сообщения, что Путин, этот наш великий собиратель русских земель, готов отдать Курилы, если японцы гарантируют ему снятие санкций всей большой семеркой.

В подобной атмосфере любая реальная эскалация конфликта в Украине – это самоубийство для режима.

Она возможна, только если будет инспирирована какими-то антипутинскими элементами, критикующими его справа и считающими его предателем, не оказавшим достаточной поддержки “русскому освободительному движению” в Украине. Как сказал незабвенный Просвирнин, “Был национальный лидер, стал национальный пи**р”.

— Кремль придумал нечто новое на смену концепции “гибридной войны”?

— Наступил неизбежный заключительный этап гибридной войны – гибридная капитуляция.  Вашингтон буквально захлестывают волны так называемых “представителей общественности” из Москвы – мягкой кремлевской агентуры. Под видом экспертов в Америку приезжают Рогов, Маргелов и другие. И, по существу, они ведут переговоры о “гибридной капитуляции”, которая пришла на смену “гибридной войне”. Песня, которую они поют в Вашингтоне примерно одинакова: “Да, мы так или иначе уползаем из Донбасса, но Крым наш. Сирия не нужна ни вам, ни нам, так давайте поделим влияние: нам останется алавистский анклавчик в Латакии и вокруг Дамаска”.

Их задача номер один сейчас – соскочить с эскалации, и ее решение важно лично для Путина. Оно необходимо ему, чтобы удержаться у власти. Различные события свидетельствуют о том, что наверху у нас очень серьезный разлад и ослабление контроля первого лица.

Это не удивительно. Для диктаторов самые тяжелые моменты для удержания власти – это внешнеполитичексие поражения. Ясно, что такое поражение Кремль потерпел в Украине. Где сейчас “русский мир”, где Новороссия? Никто о них теперь не вспоминает. Четвертая мировая война проиграна, потому что провалились две основные концепции. Первая – “русский мир” – замысел использовать этнических русских как горючий материал для начала войны в Украине и в других пост-советских республиках, чтобы затем им на помощь пришли сначала “зеленые человечки за спинами женщин и детей”, а потом уже и регулярные войска.

План не сработал: русское население в Украине в своем подавляющем большинстве отвергло идею “русского мира” и сражается в украинской армии против агрессора также как этнические украинцы. Вторая идея заключалась в ядерном шантаже. Мол, если наши зеленые человечки придут в Прибалтику, а вы посмеете выполнять статью 5 Устава НАТО и помогать, мы используем ядерное оружие. Североатлантический альянс на это ответил достаточно жесткой декларацией своего варшавского саммита в июле 2016 года, причем не только словами, но и делами – размещением  воинских подразделений  НАТО в республиках Балтии.

То есть классический вопрос Путина, обращенный к НАТО: “Готовы ли Вы умереть за Нарву?”, — вернули ему самому: “А вот готовы ли вы, господин Путин, умереть за Нарву?”.

НАТО продемонстрировало, что будет защищать страны Балтии военными средствами. А господин Путин вовсе не для того наворовал по оценкам экспертов 250 миллиардов долларов, чтобы превращаться в радиоактивный пепел.

Поэтому авторитет Акеллы, который промахнулся по целому ряду серьезных вопросов, оказался под серьезным сомнением в путинской верхушке. Отсюда и всевозможные разлады внутри нее. И спасение для Путина – это, конечно, мягкий вариант гибридной капитуляции, который он хочет предложить Западу, и отмена санкций. Если ему удастся этого добиться, вероятность переворота будет невелика. Несмотря на недовольство Путиным внутри верхушки, там понимают, что смена персонального “брэнда” — это всегда ослабление режима в целом, всегда риск. Но если Запад продолжит свое давление и не согласится с теми условиями, которые путинские представители выдвигают в Вашингтоне, тогда диктатор уже не сможет выполнять свою главную функцию, ради которой “бригада” его и держит. Потому что существование клептократичекой Дзюдохерии невозможно без соучастия в ее экономических преступлениях Запада. Именно он дает им возможность сохранять, накоплять и реализовать награбленные сокровища, находящиеся в общаках на Западе. Поэтому Путину так важен Трамп, который мог бы объявить новую “перезагрузку”, минимизировать и купировать внешнеполитические поражения путинского режима.

— Но чтобы “гибридная капитуляция” прошла успешно, важно, чтобы население России продолжало верить в новые победы. Насколько это реально, учитывая стремительное ухудшение экономической ситуации?

— Экономическая ситуация развивается по своему собственному сценарию. Вся эта логика Четвертой мировой войны и непрерывных героических побед для того и предназначена , чтобы отвлечь внимание от экономики. И в Сирии полезли потому, что стало нечего показывать в Украине. Мы бомбим там всю территорию, занятую повстанцами, совершая  серьезные военные преступления, а Обама на пресс-конференции в Греции пролепетал только нечто жалкое в духе: “Ну а что же я могу поделать?”. И Трамп молчит.

Эту реакцию Обамы и Трампа путинская пропаганда интерпретирует как полученную Кремлем лицензию на массовые убийства сирийских суннитов.

То есть пока Путину удается поддерживать видимость совместной борьбы против исламского терроризма. Если Трамп этот миф поддержит, его еще какое-то время можно будет продавать телепиплу как успехи в борьбе с международным терроризмом “на дальних рубежом”. Если же ключевые назначенцы Трампа будут придерживаться в отношении Путина и его авантюр той же позиции, какую они разделяли всю свою политическую жизнь, то это станет еще одним тяжелейшим внешнеполитическим и пропагандистским поражением Кремля.

Что касается угрозы путинскому режиму, я могу лишь еще раз повторить: такого рода режимы падают как правило не в результате массового недовольства, которое можно купировать, предупреждать или подавлять. Страшнее для диктаторов то, что происходит в кабинетах власти. Потеря авторитета “пахана” в бригаде и заговор “элит” – вот от чего  рушатся авторитарные режимы. И эта угроза для Путина самая непосредственная.

— Какие-то симптомы внутрикремлевского кризиса уже вышли на поверхность?

— Мы наблюдаем феномен растущего неподчинения элит по многим направлениям. Во-первых, существует явный острейший конфликт силовых структур, прежде всего, ФСБ, с Кадыровым. Путин встал на сторону последнего. И это понятно: сдать его он не мог, поскольку это означало бы Третью чеченскую войну, которая бы похоронила режим. Но Путин не мог пойти и на полную утрату своего влияния и своей популярности среди силовиков. Представляется, что он вынужден был дать силовикам что-то в качестве отступного. На мой взгляд, Путин предоставил им гораздо больше прав в рамках так называемой “борьбы с коррупцией”, резко расширив их возможности в плане арестов чиновников. Отступной куш достался, прежде всего, подразделению экономической безопасности ФСБ, которое сейчас возглавляет молодой амбициозный генерал Королев.

— Дело Улюкаева – следствие этой ситуации?

— Да, оно хорошо ложится именно в эту картину, а не в мифическое представление о борьбе силовиков и так называемых “системных либералов”. Мы же помним: то же подразделение арестовывало и губернаторов, не имевших никакого отношения к либералам, и силовиков. Обыски были и в таможне, и в полиции, и в Следственном комитете. По-моему во многих вопросах они уже действуют самостоятельно, и контроль Путина над ними ослаб.

И это одно из проявлений общего ослабления диктатора, ставшего следствием внешнеполитических поражений и неспособности обеспечивать важнейшую для всей “бригады” финансовую лояльность Запада.

— Путин только вчера впервые прокомментировал дело “Улюкаева”, причем достаточно сдержанно. Почему только сейчас? Путин пытается показать, что все еще контролирует ситуацию?

— Этот вопрос ему задал иностранный журналист на международной Тихоокеанской  конференции, не ответить Путин не мог. И он отделался репликой в нейтрально-беспомощном стиле: суд решит и это не по его части  –  другая ветвь власти. Между тем силовики, замазывая Путина, специально подчеркивали, что спецоперация была  согласована с Путиным и за Улюкаевым они наблюдали  с его ведома целый год. Я не думаю, что этот арест выгоден Путину, как не думаю, что ему было выгодно, что в качестве предполагаемых убийц Немцова были арестованы высшие сановники Кадырова. Но это было выгодно ФСБ.

И вот происходит новое событие, на которое он вынужден опять реагировать по ходу и в меру оставшихся у него возможностей. Видимо, единственное, что ему удалось сделать для смягчения ситуации в течение дня, когда Улкаева задержали – повлиять на меру пресечения. Ведь следователи сначала требовали заключения под стражу, но, когда вечером дошли до суда, сами же попросили отправить министра лишь под домашний арест.

Разумеется, вина Улюкаева не связана ни с какими экономическими соображениями или расхождениями по проблемам приватизации. Думаю, было так: “либерал” Улюкаев по доброй воли поехал в офис к страшному силовику Сечину за так называемым “золотым парашютом”, который обычно незаконно получают чиновники перед тем, как выйти в отставку. Это совершенно рутинная ситуация и Улюкаев, как я полагаю, ехал сознательно совершать тяжкое стандартное преступление как один из высших функционеров кремлевской банды. Но другие участники его подставили, представив регулярно совершаемое всеми ими действие, как формальное преступление, за которое придется ответить.

Видимо, он вызывал раздражение у многих членов “бригады”. Улюкаев принадлежал к тому кругу системных либералов, которым всегда хотелось  и либеральную рыбку съесть и на державный кол сесть.

Разве Улюкаев где-то выразил сомнение по поводу гитлеровской внешней политики путинского режима, аннексии территории соседних стран или бомбардировок Сирии? Нет, с этим для него все было прекрасно, но он позволял себе время от времени изображать из себя “либерального мыслителя”, да еще с задней мыслью, что, может быть, после падения режима, он сможет снова оказаться наверху как отважный борец. Такая двусмысленная позиция, безусловно, вызывала раздражение коллег, и нет ничего удивительного, что его  решили поставить на место.

Могу даже дать маленький прогноз, который сбудется, если тенденция сохранится. В подобном же духе себя любит себя позиционировать и Греф – вернейший служака режима, позволяющий себе время от времени демонстрацию своего “вольнодумства”. Он может оказаться следующим объектом разработки. Греф и сейчас держится только на том, что в они с Путиным совместно поураганили в бандитском Петербурге в 90-е годы. Но, как мы видим, Путин не всесилен и не всегда может защитить “своего человечка”. Силовые структуры постепенно отвязываются. Кстати, в свое время Греф получил “золотой парашют”, на несколько порядков превышающий жалкий парашютик, на котором погорел незадачливый Улюкаев.

— В последнее время происходит много неожиданных вещей. На днях Владимир Жириновский заявил, что в России однопартийный авторитарный режим и было бы хорошо, чтобы следующие выборы не были такими предсказуемыми. И для этого нужно, чтобы на них вышли три-четыре сильных кандидата. Едва ли Жириновский может сказать такое без указания из Кремля. В таком случае, что этот месседж означает на самом деле?

— Он абсолютно не случаен и логично встраивается в достаточно плотный поток информации аналогичного свойства. На прошлой неделе Верховный суд неожиданно согласился с решением Европейского суда по делу “Кировлеса”, хотя до этого председатель Конституционного суда Валерий Зоркин разъяснил, что ЕСПЧ нам вообще не указ. Это решение позволяет, в случае досрочных президентских выборов участвовать в них Алексею Навальному. Намеков на то, что власти могут дать ему такой шанс и повторить модель выборов мэра Москвы, достаточно много. Подчеркну: я далек от конспирологических теорий, что такой проект разрабатывается совместно с Навальным. Но Навальный амбициозный популярный политик, он не скрывает своего желания стать президентом, и, возможно, эти его намерения будут использованы в какой-то политической игре. Они хотят переиграть Навального, а он, видимо, надеется  переиграть их.

Кроме прочего, все это вполне укладывается в тот большой проект “гибридной капитуляции”, который сейчас обсуждается в Вашингтоне. Естественно, у него есть не только внешнеполитическая часть.

Посыл такой: “Смотрите, как мы движемся по пути демократизации. У нас оппозиционные кандидаты участвуют в выборах”. Это сильный аргумент для Запада.

И я снова вынужден вернуться к донесениям нашего крота Венедиктова: снятие санкций стало сверхидеей российской внутренней и внешней политики.

— В эту же схему, пожалуй, ложится и недавнее заявление Александра Лукашенко о том, что его очень беспокоит конфронтация России и Запада, нужно мириться, и он готов помочь в этом.

— А сколько подобных посредников будет на Западе – тьма! Поэтому сейчас так интересен вопрос о том, с чем же Трамп выйдет 20 января. Все его назначения не вносят окончательной ясности, пока не прозвучали его собственные слова о том, пойдет ли он на перезагрузку отношений под фальшивым путинским лозунгом совместной борьбы с ИГИЛ или нет.

— И если пойдет, это коснется далеко не только России и Сирии.

— Дело не только в том, что эта перспектива не нравится тем, кто борется в России с Путиным, или украинцам, или прибалтийцам. Она убийственна для подлинной борьбы с исламистским террором и для американцев, и для русских. По существу, сейчас Обама своим лепетом, а Трамп своим молчанием санкционировали тотальное уничтожение войсками Асада и российскими ВКС сирийской оппозицией. А это не какие-то повстанцы-революционеры, это 80% населения – сунниты, которые борются с жесточайшей диктатурой алавитской секты. По сути это религиозная война. Они могут уничтожить базы суннитов, но не могут же они уничтожить 80% населения. В результате вся суннитская молодежь двинется в сторону исламского радикализма и возникнут новые террористические организации, может быть, еще более опасные чем ИГИЛ.

— С чем связана такая недальновидность?

— Мне кажется, американцы не понимают сути борьбы с исламистским террором. Они борются с носителями этой идеологии, но не с корнями проблемы. Вроде бы, “Аль-каида” была разгромлена, Бен Ладен и его сторонники убиты, но, смотрите, возникла новая структура – Исламское государство. И возглавляют его совсем другие люди.

Повторяется ошибка, которую Обама уже совершил в Ираке. Ведь единственная за 15 лет настоящая победа над исламским терроризмом была одержана там в конце войны, когда суннитские племена, сражавшиеся с американцами, обратились к ним за помощью, чтобы изгнать “Аль-каиду”. Случилось это потому, что она пришла как их защитник, но достала их своими средневековыми шариатскими порядками. И победили ее в Ираке, прежде всего, восставшие в провинции Анбар суннитские племена. Но Обама совершил катастрофическую ошибку, полностью выведя войска и лишив этих людей поддержки перед лицом фанатичных шиитских отрядов милиции и шиитским правительством Малики. И вновь к ним пришли “на помощь” исламские радикалы, и вновь они вынуждены были их принять, хотя и отвергали исламистские крайности. И сейчас повторяется та же самая ошибка.

Да, ИГИЛ будет побежден, но суннитов будут продолжать уничтожать алавиты в Сирии и шиитское большинство в Ираке. И, уверяю вас, возникнет новая радикальная исламистская организация. Путин своими бомбардировками обеспечивает такой сценарий.

Хочу напомнить, что сунниты – это 80% мусульман не только в Сирии, но и во всем мире. И они будут ненавидеть не только Запад, но и Россию. И волна нового суннитского террора обрушится и на нас тоже. Вот что будет означать коалиция Трампа-Путина, если она реализуется. Будем надеяться на тех людей, которые сейчас заполняют вакансии в администрации Трампа. Возможно, они смогут разрушить  в его сознании пропагандитский путинский миф, под воздействием которого он находится. Тем более, что ни с каким ИГИЛом Путин и не борется.

— Какова, в таком случае, цель Путина в Сирии? Дело ведь не только в потчивании россиян нужной телевизионной картинкой.

— Растущий объем данных свидетельствует, что ИГИЛ для Путина — это “Ледокол 2”, инструмент для разрушения Запада, такой же каким Гитлер был для Сталина до 1941-го года.

Это подтверждает и положенный ранее под сукно доклад финансовой разведки США о торговле нефтью (бочками с русской кровью, по выражению Путина) Башара Асада и “Исламского государства”, патронируемой Кремлем. Кстати, об этом же неоднократно сообщал все тот же Венедиктов. Об этом же говорит наличие в рядах “Исламского государства” тысяч граждан России и бывших советских республик, сотни из которых были снабжены ФСБ российскими загранпаспортами и направлены на Ближний Восток в качестве своего рода воинов-интернационалистов. Эти же подозрения подтверждает характер боевых действий российской авиации в Сирии, уничтожающей (при попустительстве и даже молчаливом содействии Обамы и Керри) суннитских повстанцев, сражающихся с Асадом и с “Исламским государством”, и поддерживающее их гражданское население.

Кроме того, все более откровенным и циничным становится шантаж кремлевской пропагандой населения и руководства Европы и США после каждого масштабного теракта исламистов: снимайте санкции и начинайте сотрудничать с нами, иначе вас будут продолжать взрывать.

Кремлевская мафия почти открытым текстом предлагает Западу крышу от дальнейших терактов, но, разумеется, на своих жестких условиях. То, что Москва имеет агентуру и обладает определенным влиянием в джихадистских структурах, давно не секрет. Это и люди, завербованные еще КГБ по линии “национально-освободительных движений”, и саддамовские офицеры, обучавшиеся в СССР и составляющие сегодня кадровый костяк отрядов “Исламского государства”, и молодая поросль кавказских воинов Аллаха, заботливо опекаемых ФСБ.

— ФСБ давно ведет эту игру?

— Впервые темничек “Сотрудничайте с Кремлем, иначе вас будут взрывать” был полномасштабно отработан путинской пропагандой и ее зарубежной агентурой после теракта братьев Царнаевых на Бостонском марафоне.Но любой американский прокурор, журналист, политик, пожелавший узнать правду о теракте Царнаевых, мог бы убедиться, что “Бостонский взрыватель был давно заряжен” (“Новая газета”, 27 апреля 2013 года). Старший Царнаев, до того как совершить теракт, восемь месяцев провел в России под контролем ФСБ. Он, не скрываясь, отправился из США в Россию через аэропорт Шереметьево, зная, что Москва официально предупреждала американцев: Царнаевы связаны с исламистами, и его по этому поводу дважды в США допрашивали.

Царнаев никогда не решился бы это сделать, если бы не был абсолютно уверен, что в России он будет в полной безопасноcти. И действительно, под наблюдением ФСБ он путешествовал по Кавказу, встречался с активистами подполья (несколько человек демонстративно ликвидировали после этих встреч).

Сам же Царнаев остался жив и невредим, спокойно вернулся в Москву и благополучно отправился в США навстречу своей судьбе.

Американское руководство и руководители американских правоохранительных органов наверняка знают правду об организаторах бостонского теракта. Однако они (во всяком случае, уходящая обамовская администрация) не решаются взглянуть этой правде в глаза – слишком чудовищна она и слишком серьезных потребовала бы выводов и действий. Но продолжающаяся игра в слепоту может привести к новым трагедиям.

Андрей Пионтковский

Редакция Каспаров.Ru