«Виновник трагических событий скончался сегодня рано утром в больнице», — официально сообщает полиция Малопольского воеводства Польши. Врачи пытались спасти убийцу тремя хирургическими операциями. Но ранения в перестрелке с полицией оказались смертельными. Михал Оксиньский убил шесть человек на центральной площади Кракова, ранил шестнадцать, предположительно расстрелял родителей и сестру, после чего сам ушёл из явно ненавистной ему жизни.
Преступник так и не был допрошен. Строго говоря, он умер в статусе подозреваемого. Стопроцентно детальную картину теракта, а главное, подлинные побуждения террориста узнать теперь невозможно. Что толкнуло 24-летнего провинциального токаря, спортсмена-стрелка, казавшегося нормальным парнем, убивать родных, соотечественников и туристов — навсегда останется в области предположений и аналитических реконструкций. Может быть, достаточно точных.
Оксиньский ушёл от земного правосудия. Но страна пребывает в беспрецедентно мобилизационном состоянии. Правительство Дональда Туска вводит чрезвычайные протоколы миграционного и баллистического контроля. Которые на первый взгляд могут показаться наблюдателю даже преувеличенными. В турзонах развёрнуты вооружённые патрули, инициирован тотальный аудит действующих лицензий на гражданское оружие, на транспортных узлах проводится биометрический мониторинг. Третья Речь Посполитая демонстрирует готовность к самозащите и от внешней агрессии, и от внутреннего террора радикальных социопатов.
Самый, наверное, значимый итог краковского кризиса — мощный моральный подъём в гражданском сплочении. Национальными героями становятся силовики и медики. Вся Польша следит за состоянием раненых констеблей — Якуб Кулик и Артур Мораньский первыми принялм шквальный огонь террориста. Тысячи граждан выстроились к пунктам сдачи крови в Кракове, Варшаве и Люблине. Врачи Малопольского госпиталя двое суток боролись за жизни раненых на площади в тесном контакте с волонтёрскими организациями. Над Польшей вновь — Солидарность.