Владимир Гундяев, известный как патриарх Кирилл, отмечает 80-летие. Государственная бюрократия РФ и церковная иерархия РПЦ с размахом обставили юбилей. Торжественная литургия. Выставки облачений. Бронзовый бюст. Документальный фильм Эмира Кустурицы с участием Путина, Мишустина, Лаврова и Медведева. Кремлёвский властитель поздравил предстоятеля РПЦ по телефону из Душанбе. И подписал указ о присуждении юбиляру госпремии в 10 млн рублей.
Вспоминается Франсуа Дювалье, решивший наградить преданного тонтон-макута. Подумал, чем бы —и прилюдно отсчитал двести гурдов ($40 по тем временам). Торжество «византийской симфонии». На всех уровнях чиновничество сплетается с клиром. Процесс зашёл дальше советской модели, с тайным осведомительством и отчётностью перед Советом по делам при Совмине. Теперь всё открыто и демонстративно.
Гундяев на дни рождения Путина сыпет панегирики, называет офицера КГБ «чудом Божьим» (Алексий I в характеристиках Сталина ограничивался «богопоставленным вождём»). Возносит за него молитвы. А главное, предписывает пастве не прекословить верховной номенклатуре.
К государственным решениям духовенство РПЦ не допускается. В этом смысле режим остаётся светским. Но РПЦ, предстоятель, иерархи используются для идеологического обслуживания. В ситуациях особого мракобесия или явного комизма. Принять на себя непочтительный смех — что-то вроде «подвига смирения». Пожалуй, даже избыточного. Зато псевдоправославные мотивы звучат для обоснования агрессии и репрессий, включены в официозную идеологию. Крестные ходы ведут чиновники. В этом смысле клерикальный уклон режима несомненен. Функционал же РПЦ симфонически оплачивается привилегированным статусом и масштабными материальными бонусами.
Сейчас трудно представить, но в 2009 году новоизбранный патриарх Кирилл воспринимался как яркий миссионер и динамичный модернизатор, едва не «русский Лютер». Однако мировоззренческая капитуляция и нравственное падение свершились именно в его предстоятельство. Патриарх-предшественник Алексий II, при всех постсоветских компромиссах и наследии советского прошлого, всё же не допускал разжигания злобы, не культивировал невежество, не превращал амвон в филиал военкомата. Всё это маркеры семнадцатилетнего пребывания Кирилла на патриаршем престоле.
Совершена измена христианству и православию. Проповедь любви и милосердия подменена культом имперского угнетения и насилия. Обещая автоматическое «смывание всех грехов» за гибель на чужой земле в братоубийственной бойне, глава РПЦ вывел свою структуру за рамки человеческой морали. И создал причину усомниться в его собственной вере.
К юбилею Владимир Гундяев пришёл в духовном банкротстве. Миссия пастыря разменялась на золотую клетку премиального идеолога-пропагандиста. Но запертый за стенами с охраной сановник в рясе остаётся в истории русской церкви. Символом тяжкого периода отступничества.
Есть иное. Православие подлинной стойкости и сопротивления в России. Есть примеры от мира.
Православная Эфиопия приняла христианство раньше России на шесть с половиной веков. Страна пережила чудовищную тиранию. Абуна — патриарх — Теофилос погиб в застенках «Чёрного Сталина» Менгисту. Абуна Такла Хайманот отверг марксистскую переписку проповедей, отказался от оклада и резиденции, ходил по стране в рубище, внушал пастве силу в молитве. Сотни православных священников и диаконов шли к повстанцам бойцами или капелланами.
Повстанцы победили. Абуна Меркуриос, подчинившийся бежавшему Менгисту, бежал вслед за ним. Тридцать лет, до смерти, тягался за патриарший престол, с которого изгнан верующими.
Андрей Фетилин
