Исторический момент. 22 августа 1991 года. Сторонники демократии демонтируют памятник Дзержинскому на Лубянской площади в Москве
Мумия возвращается.
Феликс Мудилович, – конечно, не бутерброд, чтобы его туда-сюда снимать и ставить (судя по цикличности нашей истории, это можно делать много раз).
Но в возвращении символа полицейского государства на Лубянку я бы не видел ничего нелогичного. Тем более, что портреты этого карателя всё равно висят в кабинетах ФСБ на всех этажах. Какой смысл стыдливо прятать это от общества?
Но путинский режим – имитационен даже в этом. На витрине государства выставлено чучело демократии, а в его кабинетах – портреты душегубов и убийц.
Возвращение этой железки на площадь вернуло бы Россию к реальности.
Но с другой стороны, это и так происходит: правовые декорации отброшены и лупить демонстрантов палками никто уже не стесняется.
Наступило время честности. Время сбрасывать правовую маскировку и показывать сущность режима (что он и делает).
Почему бы честно не обозначить этот этап нашей истории – через возвращение главного чекиста в символическое поле? Ментально он давно стоит на старом месте.
Но режим почему-то мнётся, мямлит (словами Пескова) и чего-то стесняется. Может быть, не хочет жечь за собой мосты и полностью рвать с фиктивной демократией? Потому что, видимо, не хочет, чтобы люди вспомнили настроения исторического выбора 1991 года, когда общество осознало: либо оно сносит все карательные “органы” к чёртовой матери (вместе с их железным мудаком), – либо эти “органы” сносят демократию в стране – вместе с самим обществом. (Что и случилось позднее).
То есть, возвращение “Мудиловича” – означало бы наступление периода, когда становится понятно, что его придётся снова сносить. Этого толчка к новой революции достоинства режим ужасно не хочет и пытается цепляться за ширму правового государства.
Ирония истории: в фильме Абуладзе “Покаяние” сын достаёт из могилы отца-чекиста, чтобы предать его забвению, а Путин достал упыря, чтобы вернуть его в кабинет. И учиться у трупа премудростям правления (скоро все окажемся на кладбище).
Но независимо от того, торчит ли визуально фигура чахоточного “деятеля” на Лубянке, – фактически Дзержинский давно уже там стоит. И сносить его всё равно придётся. Но на этот раз – вместе кабинетами, портретами, подвалами и самим фундаментом.
Змеюшник на Лубянке должен быть срыт до фундамента. И желательно, вместе с его серпентарием. Только тогда у нас есть шанс возвратиться к нормальности.