Алексей Рощин: Люди несли деньги, делая вклады по ставкам, которые буквально вопили каждой цифрой – “Идиоты! Вас обманывают!!”

Очередь в Роскред
Все вспоминают на тему “как я пережил дефолт”, благо сейчас как раз 20-летие того самого. В ленте какие-то ужасы, описания убийств и самоубийств, скрежет зубовный, рассказы “и с тех пор мы месяц сидели на одной картошке”, в общем, плач Ярославны в исполнении грузинского хора, то есть – многоголосье.

У меня все было не так красочно, главным образом потому, что дефолта я ждал с начала 1998 года, и сумел к нему подготовиться. Да и странно, честно говоря, было бы его не ждать – ведь всю первую половину того года только и говорили, что о приближающемся кризисе. Я, помню, тогда так и наметил для себя – ну, где-то в августе-сентябре рванет.

Хотя прадедушкин азарт (прадед у меня, по семейным преданиям, был страстным и самозабвенным игроком в любые азартные игры) меня тоже заставил пройти по грани, каюсь. Уже чувствуя вовсю, что “в воздухе пахнет грозой”, в мае (!) 1998 года я собрал все семейные, заработанные непосильным трудом средствА – порядка 20 тыс. немецких марок (!! – да, я тогда собирал в марках) – и отнес их на валютный вклад в один из крупнейших тогда банков – “Российский кредит”. “Роскред”, как и положено, принадлежал какому-то грузинскому гражданину Гигиниешвили – нынче он вроде бы трудится в самой Грузии президентом.

Но я ведь все рассчитал! И вклад поэтому у меня был на 3 месяца, забрать я его должен был в начале августа. Дефолт-то я ожидал на рубеже августа-сентября, поэтому думал, что время есть (удивительное, конечно, легкомыслие, между нами говоря).

Все три этих месяца был у меня, конечно, нарастающий мандраж, ибо о дефолте говорили и писали (а я прилежный чтец всякой прессы) все чаще и все мрачнее. На середине срока, в конце июня, я уж совсем было собрался идти забирать вклад досрочно, и черт с ними, с процентами – но тут газеты стали писать о том, что Чубайс отправился со срочной миссией в МВФ, в Америку, и попросил там срочный кредит в 4 млрд. долл. (тот самый кредит, который, как писали потом, “неизвестно куда делся”) – и я успокоился: до окончания срока вклада мне оставался месяц, и я говорил себе “не, ну на месяц-то ИМ 4-х миллиардов хватит?!” А больше мне и не надо.

Так и дотерпел, и 5 августа, в примерно такой же безмятежный летний день, как и сейчас, пошел забирать свои деньги. Этот момент я уже как-то описывал. Тогда отделение банка “Российский кредит” было прямо на Тверской, недалеко от метро “Пушкинская”, и, подходя к отделению, я обнаружил, что из него на улицу (!) выходит длинная очередь. Народу немеряно! Я опять мысленно ужаснулся – неужели началось? Но делать нечего, встал в хвост.

Стою, слушаю разговоры, сам обмениваюсь репликами с соседями. Часа полтора в этой очереди провел, попутно сделав потрясшее меня открытие: из рядомстоящих 10-15 человек буквально только двое – я и еще одна женщина с испуганными глазами – стояли, чтобы ЗАБРАТЬ деньги из банка. Все же остальные изнывали на солнцепеке, чтобы свои деньги в этот банк ПОЛОЖИТЬ! Было, еще раз напомню, 5 августа 1998 года.

И я, кстати, чуть было не поддался общему настроению. Тем более, что когда подошел к кассе, узрел там “Новые супервыгодные!!” условия приема вкладов от граждан. Как сейчас помню – банк предлагал ставки типа 20% (!!) на вклады по долларам и что-то типа 16% на вклады в марках. ГОДОВЫХ! В валюте! И не какой-нибудь левый банчок, а один из крупнейших на тот момент частных банков в России! Причем гр-н Гигиниешвили любезно был согласен принять мой валютный вклад на 1 месяц под те самые 16% годовых.

Я на минуту заколебался – очень уж заманчиво: всего-то месяц потерпеть, до 5 сентября – и 200 марок как с куста! Может, ЭТИМ ДУРАКАМ 4-х миллиардов еще на месяцок хватит? А?

К счастью, колебание длилось мгновенье. “Вам всю сумму? – Да, пожалуйста, всю!” Взял и ушел – а отделение было по-прежнему переполнено, и люди несли туда деньги, делая вклады по очень заманчивым ставкам. Ставкам, которые буквально вопили каждой цифрой – “Идиоты! Вас обманывают!!”

“Роскред”, естественно, накрылся медным тазом одним из первых, денег никто из него после 20-го августа никто никаких не получил, а гражданин Гигиниешвили (или как его там?) – долларовый миллиардер и ведет Грузию дорогой прогресса.

Я же пережил дефолт с валютой в матрасе довольно легко. Деньги к весне благополучно закончились, и я занялся совсем новым для себя делом – политконсалтингом.

оригинал – https://www.facebook.com/alexey.roshchin/posts/2176699975735862

автор – Алексей Рощин

Новости партнёров

Комментарии

Комментарии

Похожие материалы из этой рубрики