Блогосфера о лидере “Трудовой России” Викторе Анпилове

Your ads will be inserted here by

Easy Plugin for AdSense.

Please go to the plugin admin page to
Paste your ad code OR
Suppress this ad slot.

15 января скоропостижно скончался лидер движения “Трудовая Россия” Виктор Анпилов. В 1990-х он был одним из руководителей антиельцинской оппозиции, после штурма “Белого дома” в 1993-м несколько месяцев провел в СИЗО. В нулевых он участвовал в Маршах несогласных, состоял в коалиции “Другая Россия”. Большинство пишущих о нем, в том числе резко негативно относящихся к его взглядам, говорят о нем как о романтике революции, человеке честном и искреннем.

“Однако, Анпилов умер.. И кто теперь будет петь интернационал по субботам у мавзолея. Уходит эпоха”, —пишет Анастасия Кириленко.

Илья Константинов:

“Я никогда не был коммунистом, в отличие от “великих демократов” Ельцина, Гайдара, иже с ними, а также нынешних правителей.
Но вот в 90-ых встретил человека, который своих идеалов не предавал.
Виктор Анпилов был человеком идеи, а не карьеры или житейского благополучия. Он никогда не был чиновником, а был стихийным бунтарем, окрыленным, наверное, еще и долгой работой в бурлящей Латинской Америке.

Потом мы не общались лет 20. А затем он без приглашения пришел в суд, поддержать моего сына. Все такой же улыбчивый, искренний, со своим нетипичным обаянием.

За последний год умерло много людей, которых я знал лично. Людей разных убеждений. Уходит целая эпоха — и уходит непонятой.
Покойся с миром, Витя”.

Алексей Навальный:

“Виктор Анпилов умер. Человек взглядов со мной противоположных, но политик бескорыстный. Это сейчас уже стало понятно. Ни денег, ни депутатства, ни машин у него не было. Ходил по митингам за свою идею”.

“Легендарный революционер Виктор Анпилов умер. Пришел бы этот большевик к власти году в 1993, создал бы ВЧК и никого бы из расчувствовавшихся сейчас либералов этот верный ленинец не пожалел”, — пишет Михаил Соколов.

Кирилл Шулика:

“У него случился инсульт, когда он ехал на предвыборное собрание Грудинина. И там прямо в зале умер еще один пенсионер. До прошлой недели его не было слышно, а для Анпилова это как-то несвойственно. Но для того Анпилова, что был в начале и середине 90-х. Поэтому я думал, что с ним что-то случилось, пропал человек из информационного поля.

Анпилов был ужасен по взглядам, по позиции, совершенно отвратительный просто. Но он, как Новодворская, был романтиком и честным человеком. Он не занимался политикой ради собственного материального благополучия. Такие люди нужны. И вот они уходят”.

“Покойный был коммунистом, а не “членом КПСС”. Вот и всё, что можно сказать об этом человеке”, — пишет Станислав Гарматюк.

Егор Седов:

“Очень трудно говорить о том, кого когда-то считал — и совершенно искренне считал — своим экзистенциальным врагом. Не потому, что лично где-то с ним пересекся. Просто понимал: если он дорвется до власти, то постарается разрушить все то, что я люблю, а возможно, пресечет и мою жизнь.
Да, к “красно-коричневым” было именно такое отношение. А каким, интересно знать, оно еще должно было быть в 92-93-м? Да достаточно было их газеты почитать — что баркашовцев, что “Трудовой России”.
Тем, кто осуждает тогдашних “демократов” (вполне лояльно отнесшихся к расстрелу “Белого дома”) советую взять, да и перечитать те газеты.
На самом деле, конечно, творилось иное. Творился переворот и формирование той системы, которая ныне расцвела. Но мало кто тогда это мог предполагать. А вот “орда в ТАКИХ повязках” была на виду.
Для меня все резко поменялось через год, когда кремлевские бездари устроили первую из своих маленьких бедоносных войн. А ВКПБ Нины Андреевой (в основном так получилось, что контактировал с ними, а не с анпиловской “Трудовой Россией”) как раз оказались в антивоенном движении.
И два мира приглядывались друг к другу, с некоторым удивлением наблюдая не зеленокожих монстров, а вполне себе людей примерно того же достатка (как правило, никакого), читавших и смотревших примерно одно и то же…
Так вот и случилось: экзистенциальные враги сделались оппонентами.
А вышли в “большую политику” (ну, в то что здесь этим словом зовут), как правило, совсем не убежденные романтики. Не новодворские, не анпиловы — милоновы и зюгановы.
Говорят, человеком (если отвлечься от его идеологии) был очень даже хорошим. Охотно верю.
Говорят, поддержал “крымнаш”. Гадко (но вполне соответствует идеологии воссоздания СССР), однако есть среди поддержавших и те, кто куда гаже.
Не оказался среди соглашателей? Пожалуй, вызывает уважение. Противник, даже в чем-то и враг — но куда более понятный и уважаемый, чем “заплати — и я скажу все, что надо: надо — буду славить монархию, надо — буду либералом, надо — об СССР поностальгирую…”
Но уважение уважением, однако вместе с такими людьми уходят и те самые настроения 90-х, и та самая идеология. И это должно было случиться. Тем, кто будет изучать историю через 100 лет, наверное, вообще будет трудно во все это вникнуть, мое им сочувствие”.

Владимир Водянский:

“Человек-девяностые. Мощный был мужик, любого переорать мог. От его голоса мегафоны ломались.

Что там пластмассовый комнатный жирик, который только в телестудиях громкий.
Анпилов был настоящий.
И баталии 92-93 гг— это вам не хипстерские протесты.

Хотя взгляды, конечно, адские были у Виктора Ивановича…
Ни разу не поддерживаю.
Но земля пухом”.

Your ads will be inserted here by

Easy Plugin for AdSense.

Please go to the plugin admin page to
Paste your ad code OR
Suppress this ad slot.

Геннадий Шатилович:

“Вы знаете, я его помню по 1993 году. Тогда погиб один из наших сотрудников. Когда он толпу коммунистов направил на нас. Это не нынешние времена. Тогда такое было вполне возможно и били нас реально. Щиты и каски раскалывались вдребезги”.

Алексей Лапшин:

“Нужно сказать, что Виктор Анпилов вовсе не был прямолинейным простаком, каким его часто представляют. Он имел определенный политический талант и был готов к неожиданным надидеологическим союзам. Помню как Анпилов ошеломил либералов своим выступлением на конференции коалиции “Другая Россия”. Они и не подозревали, что Анпилов свободно владеет несколькими языками и является профессиональным оратором. Образ “Шарикова”, который ему много лет создавали тенденциозные журналисты, был тогда разрушен. По большому счету Анпилов и был прежде всего оратором, трибуном”.

Андрей Уренев:

“А он ведь тоже был человеком-эпохой. Эпоха уличных протестов в 90-е была связана именно с ним, тем более он был тогда один из немногих кто действительно за идею там был. Это достойно уважения, хоть его взгляды явно были полностью противоположны моим.
Пламенный конечно был человек. И при этом совершенно беззлобный”.

Марк Шишкин:

“Разумеется не разделяю взглядов, но как человек из 90-х, он заслуживает внимания. Одни его тогда “Шариковым” назначали (пока за них было государство и siloviki, они не щадили оппонентов). Другие видели левым флангом “право-левого” патриотического фронта. И анпиловские бабушки отжигали намного раньше бурановских. Пожалуй все, что могу сказать”.

Денис Билунов:

“В годы пика карьеры Анпилова я его совсем не знал и познакомился с ним лишь в середине нулевых. Человек он, несомненно, был идейный, и хотя бы за одно только это заслуживает добрых слов.

Выглядел тогда Анпилов несколько, что ли, потерянным, неустроенным. Движение “Трудовая Россия”, которое он возглавлял, к тому времени было уже много лет небольшой группой, и далеко в прошлом остались массовые антиельцинские митинги, где Анпилов был одним из главных лидеров.

Думаю, в каспаровской идее “общего фронта” Виктор Иванович искал для себя новый шанс оказаться на волне истории — но менее всего его можно упрекнуть в амбициозности. Он был порядочным человеком и честным политическим партнером — и, конечно, не искал никаких компромиссов с властью (как это делали очень многие другие).

На конференции “Другая Россия” в 2006 г., которая собрала тогда практически всю реальную оппозицию, Виктор Иванович удивил яркой речью, в финале которой внезапно для многих сказал: “И, конечно же, подняв знамя демократии на общечеловеческую высоту, мы вновь займем подобающее место среди самых прогрессивных народов мира. И в первую очередь мы, конечно, станем народом оплота мира на планете. Мира. Мы хотим жить, мы не хотим убивать никого. Это все болтовня — революцию, не революцию. Дело не в том, что мы не хотим или боимся. Нет, русские не боятся умирать. Но мы не хотим смерти, сеять смерть. Мы любим жизнь. А для того чтобы не застыть, позвольте мне закончить словами одной из моих любимых поэтесс Виолеты Парра из Чили [здесь Анпилов начал декламировать по-испански, а потом сам перевел]
Мир лестница. Кто не поднимается, тот, значит, опускается. Я хочу, чтобы мой народ поднимался по лестнице прогресса, чтобы вместе пошли, вселили веру в народ. Что нет, он имеет право влиять на правительство, имеет право держать под контролем любую власть, включая президента. И президент обязан подчиняться воле народа. Нашей с вами воли
“.

Роман Попков:

“Я Анпилова мало знал. Но вспомнилось, как Лимонов про него рассказывал. Первая половина 90-х, тщетные попытки Лимонова стянуть левых и правых радикалов в красно-коричневую коалицию. Долгие переговоры с Баркашовым, с Анпиловым. А все же на паранойе, все всех подозревают в злом. Лимонов с ними нянчился как с малыми детьми. На переговорах бывал дома и у Анпилова, и у Баркашова.

Так вот что интересно по воспоминаниям Лимонова.

Дома у Баркашова было очень мрачно. Полутемные помещения. Меч какой-то антикварный висит на настенных темных коврах. Женщины-тени, возникают из темноты, молчаливые — принести чашку, убрать чашку. Такое как бы, мордорское, Азия как она есть.

А вот у Анпилова дома напротив, было куда более светло и жизнерадостно. Иваныч с женой были улыбчивыми и шутковали, много говорили о Латинской Америке, кофе вкусный варили на западный манер. Такие как бы вполне прогрессивные левые интеллектуалы.

Хотя казалось бы. РНЕ косплеила итало-германские образцы в то время, то есть хоть и одиозные, но западные источники. Но никакого тебе улыбчивого харизматика с пирожными и ликующими белозубыми фрау. Азия, орда, полусумрак, переходящий в сумрак. А Анпилов вроде как реакционер, звал всех назад в совок, бабки его митинговые безумные, машут пионерскими галстуками и портретами Сталина. Но дома — улыбчивый добряк, кофе, разговоры за Никарагуа”.

Каспаров.ру

Новости партнёров

Комментарии

Комментарии

Похожие материалы из этой рубрики