Очень простая загадка: что это на фото?

 

Подсказка: центр Вены.

Угадать, не зная, трудно, я и сам, когда Алексей Обухов сейчас прислал мне фото, сообразил не сразу.

Это – мусоросжигательный завод Шпиттелау, а такой необычный, потому что после пожара в конце 80-х его переделывал знаменитый архитектор Хундертвассер.

Вот эти золотые штуки на трубе – это дорогая ультрасовременная система фильтров, требование архитектора. Он не сразу согласился работать над этим проектом, так как считал, что мусор необходимо не сжигать, а максимально перерабатывать, извлекая из этого пользу. В итоге он взялся за работу, когда энергию завода решили использовать для отопления 60 тысяч квартир, а сам архитектор убедился в строжайшем соблюдение мер экологической безопасности с использованием современной системы фильтров.
Тех самых фильтров, которые так не хотят внедрять на своих подмосковных и казанском заводах Шипелов и Чемезов. Настолько не хотят, что саму конструкцию завода объявляют коммерческой тайной, так как вместо фильтров – тряпка и уголь.

Именно на Шпиттелау ссылались подручные Воробьева, когда говорили о безопасности МСЗ: мол, раз уж в Вене можно… Только вот – цитирую Алексея – вокруг Шпиттелау все равно воняет. Глаз обмануть можно, нос – труднее.

И дым из трубы – идёт. Можно сколько угодно говорить, что он безопасен, но даже руководство завода признает: пусть и ничтожные, но выбросы диоксинов есть, около грамма в год. И как ни уговаривают венцев, что все хорошо, как ни утешают архитектурой, а все равно они недовольны. Замечу: про грамм в год говорит директор завода. Независимые эксперты констатируют куда большие неконтролируемые выбросы.


Плюс: мощность Шпиттелау – примерно 250 тысяч тонн мусора в год. Каждого подмосковного МСЗ – 700 тысяч. Почувствуйте разницу.

А отработанные фильтры – это те же опасные отходы, их так же приходится захоранивать. Вокруг этой проблемы в Австрии сейчас ломается много копий – это в стране, где переработка отходов доведена до 63%! А сколько перерабатывается в Подмосковье? Дай бог, 7-10%. А вот, что говорит директор Шпиттелау: «Сегодня термоутилизация возможна только как следствие раздельного сбора отходов». Именно его у нас и нет.

В итоге: Шпиттелау открыт, каждый может наблюдать его работу, все документы доступны. Чемезовско-шипеловские МСЗ засекречены. Шпиттелау может работать только при глубокой переработке мусора. Чемезов и Шипелов хотят сжигать все подряд. Австрия понимает, что даже их «модный», модернизированный в 10-х годах завод все равно опасен. В России же собираются внедрять технологии прошлого века.

Нам никто не поможет, кроме нас самих.

Дмитрий Гудков

Оригинал: https://t.me/DmitryGudkov/1533