RSS

Итоги выборов в Нидерландах: говорить о преодолении популизма рано

  • Written by:

В среду, 15 марта, в ЕС вздохнули с облегчением: боевое крещение популизмом выдержала первая из стран, где в этом и в следующем году проходят выборы. Нидерланды выбирали новый состав Палаты представителей (нижней и важнейшей) своего парламента.

Как голосование голландцев вписывается в европейские тренды

Окончательные результаты выборов объявят 21 марта. Но по предварительным побеждает консервативно-либеральная “Народная партия за свободу и демократию” и ее лидер, действующий премьер страны Марк Рютте. Они получили 33 места в парламенте на 150 мандатов. Комментируя результаты голосования, Рютте похвалил избирателей за то, что они “услышали месседж: не стоит экспериментировать, следует дальше держаться политики, которая принесла восстановления и усиления нашей экономики”. А еще за то, что они сказали “нет” ложному популизму.

Выборы в Нидерландах: Более идеологий, больше партий

Результаты выборов в Нидерландах вызвали эйфорию всего в европейских СМИ: будто в других европейских странах теперь можно надеяться, что и их избиратели конце все же выберут стабильность политики, которая выводила их экономики из кризисных лет, а также отвергнут предлагаемые популистами эксперименты с ЕС, Шенгенской зоной , коллективной обороной, принципами миграции и тому подобное.
Впрочем, на выборах в Нидерландах можно выделить несколько трендов, которые могут намекают, куда движется европейская политика в целом.
Тренд 1. Фрагментация. Правоцентристская правящая партия Рютте победила. Но в этом году она приобретает 33 мандата, по сравнению с 41 на выборах 2012 года. Ее коалиционный партнер в предыдущем созыве парламента – социал-демократическая “Партия труда” – на выборах 2012 года получила 38 мест. Теперь – только 9. Марк Рютте уже начинает неформальные переговоры о создании коалиции. Выбирать придется из более пестрого набора молодых или к тому менее многочисленных партий, оттащили голоса в мейнстримных (в этом году в парламент прошло 13 партий, а в 2012-м – 11). Смещаются и традиционные линии разделения на левых-правых, ранее более четко структурировали политику в стране.
Такая фрагментация политического истеблишмента в целом характерна для европейской политики сегодня. Самый яркий пример – Испания, где на последних выборах выиграли мейнстримные силы: консервативная Народная партия и Испанская социалистическая рабочая партия. Но они потеряли мандаты по сравнению с предыдущими выборами. Зато очень много голосов на себя отвлекли новые проекты – центристские “Сьюдаданос” (Граждане) и левые “Подемос” (Можем). Поэтому страна получила наиболее фрагментированный за свою историю парламент, а эпопея по формированию коалиции тянулась с декабря 2015 года, когда прошли очередные выборы и дали через внеочередные выборы летом 2016-го, и оставшуюся часть года, полную ссорами и переговорами.
Для Нидерландов, правда, партийная фрагментированность не так нова: здесь традиционно много партий. И те политсилы, имеют шансы войти в нынешней коалиции, более однородные в плане политической идеологии. Партия Рютте стоит на правой основе: выступает за режим финансовой экономии, европейский свободный рынок, жесткую политику касающуюся преступности и терроризма, имеет строгую позицию по отношению миграции и интеграции приезжих. Частично, особенно в последних пунктах, эта платформа совпадает с кампанией крайне правой популистской “Партии свободы” во главе с Геертом Вилдерсом. Впрочем, отличие партии Рютте заключается в следующем: она может похвастаться, что провела Нидерланды через экономически непростые времена, а еще настаивает, что все приезжие (то есть мусульмане, мигранты) должны принять ценности и нормы Нидерландов, впрочем, они также могут пользоваться конституционными свободами страны.
Следующая в списке победителей – собственно партия Вилдерса. У нее 20 мандатов (2012-го было 15). Но ее ждет не приглашение в коалицию, а скорее всего остракизм со стороны более умеренных сил.
Похоже, что неформальные переговоры о создании нового правительства стартовали уже. Наиболее вероятными кандидатами на формирование коалиции с победительницей является “Христианско-демократический призыв” (центристская партия, которая получила 19 мандатов в этом году и 13 в прошлом) и Демократы 66 (правоцентристы в экономическом плане, левоцентристы в социальном). Последние, кстати, поддерживали закон о референдумах в Нидерландах (голосование об ассоциации между ЕС и Украиной стало первым вопросом, который популисты вынесли на такой референдум согласно новому закону) и впоследствии агитировали за ассоциации с Украиной, поскольку поддерживают и ее. D66 увеличили присутствие в парламенте из 12 мест в 2012 году до 19 сейчас.
Тренд 2. Новые лица. Поражение социалистов из “Партии труда” частично объясняется тем, что голоса у них украли “Левые-Зеленые”. Партия создалась давно – в 1989 году (по нескольким основном левых партий или движений) и находилась в оппозиции. На выборах 2012 года выиграла всего лишь 4 мандата. В этом году она получает 14 Теперь партия баллотировалась во главе с новым лидером – 30-летним Джесси Клавером, который еще с 2010 года был хорошо заметным на политической арене и не раз получал звание лучшего молодого политика страны. Он происходит из смешанной голландско-марокканской семьи, а еще на родине его уже окрестили вторым Джастином Трюдо (за сходство во внешности и харизме).
В Европе эту тенденцию можно проследить на примере Франции, где среди лидеров президентской гонки – молодой Эммануэль Макрон, что пришел в политику из банковского сектора и сегодня баллотируется как независимый кандидат. Или на витке популярности новой партии “Новочасна” (Современная) в Польше после победы там “Права и справедливости” (и на фоне кризиса “Гражданской платформы”, которая была у власти до того).
Тренд 3. Вопрос идентичности. “Оно перестает быть исключительно прерогативой крайних правых”, – пишет Economist в статье про нидерландские выборы. Ранее об идентичности говорили преимущественно праве вроде партии Вилдерса или “Национального фронта” Марин Ле Пен. Для мейнстримных и умеренных партий тема казалась токсичным: здесь вряд ли можно было сказать что-нибудь, чтобы не попасть в какой-то скандал. Последние же выборы в Нидерландах показали, что, даже если и с подачи правых, за эту тему начинают браться и другие партии. Но со своей позиции: сравнительно молодой космополитной элиты, чье среду – это ЕС, Шенген, глобализация и тому подобное.

Впрочем, здесь кроется и опасность. В статье Economist цитируется отчет двух государственных аналитических центров двухлетней давности под названием “Отдельные миры”. В нем исследователи предупреждали о поляризации в американском обществе между образованным элитой, которая воспринимает глобализацию, и бедных граждан, укоренившихся на своем месте и в своей традиции. Риск в том, что эти две группы очень мало между собой пересекаются. Если смотреть на результаты выборов в Нидерландах, то за молодые прогрессивные партии D66 и “Левых-зеленых” проголосовали только 14% избирателей без образования. Большинство из той категории выбрала партию Вилдерса.

В целом выборы в Нидерландах уже окрестили голосом разума против популизма в Европе. Но радоваться пока рано. Ведь каждая страна имеет свою электоральную и политическую специфику. А также экономическую ситуацию.
В Нидерландах, например, система доступа к власти менее консервативна, чем во многих других, особенно крупных, европейских странах. А это значит, что она более четко отражает изменения в социальных настроениях и таким образом удовлетворяет запрос избирателя. В качестве примера: в этом году 3 мандата получила партия “Денк” по-голландски это “думать”, а по-турецки – “равенство”. Она выступает за права мусульман – ее представители в 2014 году откололись от “Партии труда”. В странах, где этого нет, избиратель может тянуться к имеющимся политсил, максимально громко говорят о том, что его беспокоит (например, крайне левых или правых), потому что другого выбора не будет.

Кроме того, если оторваться от фотогеничного “нового лица” Трюдо и посмотреть, например, на Польшу, то ее “Новочасна” уже успела «встрять» в скандал, но не успела запомниться тем, что активно производит платформу, которая могла бы апеллировать к широким масс избирателей. И все это на фоне полной кризиса польской оппозиции в целом ( “Гражданская платформа” также погрязшей в скандалах, в частности коррупционных, имевших место во времена ее правления). В Испании в парламент прошли новые умеренные и адекватные силы, но отсутствие в любой из партий достаточного большинства привела к затяжному политическому кризису.
Поэтому свое “нет” популизму Европа пока не сказала. Но кажется, что очаровать ее “простыми решениями” не так легко, как хотелось.

Неделя

Комментарии

Комментарии