ХОРОШИЙ ДЕНЬ.

Память наших предков сохранила прекрасные, волнующие сердце воспоминания о 5 марта.
Плохо радоваться смерти человека, спора нет. Но то человека! А когда сдыхает тиран, от чьей воли десятилетия напролет зависела жизнь – твоя, твоих близких, огромной страны… – радоваться такой смерти естественно и прилично. Неприлично поджимать губы, изображая именно в этот момент этическое превосходство и христианское всепрощение.
– Сдох Гуталин!
Торжество человеческих ценностей доносится до нас в этом крике сквозь толщу времен. Сталин сдох, дав шанс уцелеть миллионам людей. Своей долгожданной смертью он позволил впустить в этот смердящий ГУЛАГ хотя бы глоток свежего воздуха, дал хотя бы оплакать погибших и вернуть им честные имена… Окуджава, оттепель, Аксенов, “Современник”, Шпаликов… Недолгое отчаянное счастье.
Начало моей жизни, которой и не было бы, скорее всего, не сдохни Сталин.
А вы говорите: не праздновать пятое марта.
Будь благословен этот день!
Конечно, хотелось бы, чтобы мы, как какие-нибудь французы, праздновали день, когда самолично снесли собственную тюрьму, но – чего не было, того не было. Собственную тюрьму, с немалым воодушевлением, мы укрепляем изнутри и именно это называем патриотизмом. Агрессивно-послушное большинство по-прежнему рулит на отечественных просторах, не оставляя выбора меньшинству. И пока дело обстоит так, и отмороженные празднуют день чекиста, у живых нет особого выбора.
Их праздником будет этот весенний день.
Ибо дыхание истории слышится у нас, главным образом, в дыхании Чейн-Стокса.