RSS

Я не готова всю жизнь прожить в такой России- юрист ФБК Любовь Соболь

  • Written by:

Часто кажется, что Россия — это страна моторолл и залдостановых, в ней уже ничего не поправить и не на кого надеяться.

Любовь Соболь

Любовь Соболь

27-летняя Любовь Соболь, политик и юрист « Фонда борьбы с коррупцией »Алексея Навального, отказалась от предсказуемо успешной карьеры в международной корпорации. Теперь она разоблачает крупные коррупционные аферы, организует гражданские форумы, входит в Координационный совет российской оппозиции и партию «Народный альянс».

За громкими расследованиями, которые Алексей Навальный публикует в своем блоге , стоит кропотливая работа нескольких людей, среди которых — Любовь Соболь.

Я сказала: «Алексей, я очень рада, что познакомилась с вами, пока вас не посадили и не убили».

Когда я пришла на первую беседу, главным вопросом Алексея было: «Готова ли ты, что тебя могут посадить, что будет давление — от» кремлевских блогеров «, которые будут тебя оскорблять в интернете, публиковать фатожабы с твоим участием, к тому, что против тебя откроют уголовное дело и будут угрожать физической расправой? »

Когда я уходила от разговора, я сказала: «Алексей, я очень рада, что познакомилась с вами, пока вас не посадили и не убили». Он тогда посмеялся.

А через четыре года мы живем в такой реальности, что у Алексея Навального две судимости, его брат — в исправительной колонии, а Немцов убит. Мы быстро преодолели расстояние от этапа, когда это казалось смешным и далёкимм, до того, как это стало нашей реальностью.

Был момент, когда за неделю возбудили четыре уголовных дела в отношении Алексея, связанные с его высказыванием в отношении выборов в Государственную Думу. Естественно, если они так штампуются, уже появляется иммунитет, и ты реагируешь на это не так остро, как нормальный человек сделал бы в обычной жизни.

Я работала в суде, и там был один честный судья. Когда я решила поучаствовать в конкурсе Навального, я училась на пятом курсе юридического факультета МГУ. С детства мечтала стать юристом и адвокатом, читала работы дореволюционных юристов и прокуроров … была просто юридической фанаткой!

До  университета я год работала в районном суде Москвы. Это один из самых коррумпированных судов. Я туда попала, еще не понимая, как работает судебная система. И поняла, что не хочу работать там ни с какого боку: ни со стороны суда, ни со стороны адвоката, ни со стороны прокурора. Лучше с этой системой вообще никоим образом не сталкиваться, потому что все в той или иной степени повязаны с коррупцией, бесправием, с невозможностью для людей удовлетворить свои права, отстоять свои интересы. В соседних с моим кабинетах рассматривались сотни дел в отношении правительства Российской Федерации, и ни одного дела гражданин не выиграл.

Мне до сих пор помогает тот опыт. В суд я возвращаться не хочу. На пятом курсе я уже начала задумываться, что буду делать после, и как раз у меня была догадка, что я буду работать в корпоративной системе, может в филиале международной юридической компании.

Я была первым юристом проекта «РосПил», первым человеком, которого Навальный нашел , грубо говоря, открытом конкурсе в интернете. Он опубликовал пост, что ему нужен юрист, который будет заниматься контролем расхода средств через тендерную систему, чтобы выявлять коррупционный пакет схем.

Но я интересовалась общественно-политической обстановкой, и следила за публикациями, которые выходили в блоге Алексея Навального. И когда он объявил, что хочет нанять себе юриста, который бы с ним боролся за народную справедливость, мне это очень понравилось. Я была готова даже бесплатно пойти поработать у его, чтобы набраться опыта.

Я подала резюме и выполнила конкурсные требования: надо было найти коррупционный тендер, написать жалобу и выиграть ее. У меня получилось.

И вот с момента моего прихода к Алексею в качестве сотрудника (это был март 2011 года) за несколько лет была создана большая структура — Фонд борьбы с коррупцией. Теперь у нас есть различные отделы, мы занимаем довольно большой офис в бизнес-центре. И работа кипит, все развивается.

Среднее пожертвование — 500 рублей. Фонд финансируют частные лица, которые присылают небольшие пожертвования. Думаю, что сейчас среднее пожертвование от одного человека составляет около пятисот-восьмисот рублей. Преимущественно жертвуют граждане Российской Федерации

Обычно юридические лица боятся «светить» в официальных документах, чтобы не было внимание со стороны силовых структур. От иностранных граждан мы сами не берем денег, потому что не хотим называться «иностранными агентами». Если нам поступают от нерезидентов деньги, то мы их возвращаем. Иначе мы должны подавать заявление в Минюст на признание нас «иностранным агентам», подавать дополнительную кучу отчетов. Это не только неприятный статус, но и дополнительный юридический бремя для организации, и мы просто решили с этим не связываться.

Знаменитую фразу Навального «Крым не бутерброд, его нельзя туда-сюда возвращать» я поняла так: нельзя решать судьбу народа так, что «сегодня вы здесь, а завтра вы там». Это должно обсуждаться и должно, каким дипломатическим путем происходить регулирование конфликта, возникшего, в том числе нужно учитывать и мнение людей, которые там живут. Нельзя волюнтаристским решением любого политика, или это Путин, или Навальный, решать судьбу народа.

Для меня эта фраза означала именно это. Кто трактовал ее по-своему. Что конкретно имел в виду Алексей, знает только он сам.

Прокремлевские СМИ часто обвиняли Навального в каком вождизме, а-ля «он заменит Путина», но при этом качества Путина присваивали ему. Но это либо ложь, либо какое-то искажение. На самом деле Алексей очень демократичный человек, и очень легко с ним работать.

У нас большая организационная структура, но нет начальников и руководителей, а есть координаторы проектов. Даже на уровне этих названий указывается, что у нас приветствуется свобода мнений, а каждый человек может заниматься тем проектом, который ему нравится.

Алексей выступает скорее не начальником, а идейным вдохновителем. Он участвует в летучках, высказывает свои суждения. При этом у него нет тотального контроля за данными. У нас абсолютно свободный график работы. Все, кто работает в Фонде, работают более сорока положенных  часов в неделю, но при этом делают это абсолютно добровольно. Выходят работать и в субботу, и в праздники, и остаются вечером до поздна

Это дает свои плоды: Фонд борьбы с коррупцией сейчас самая известная некоммерческая организация в России и, наверное, такая, которая работает наиболее эффективно.

Основное направление деятельности «РосПила» и «ФБК» — это контроль за осуществлением государственных закупок, расходом бюджетных средств через тендерную систему, через аукционные конкурсы.

Более 90 процентов наших расследований основывалась на информации, которую мы получили из открытых источников. Путем анализа общефедерального сайта госзакупок, тендерной документации, государственного кадастра, деклараций чиновников. Мы анализировали недвижимость, которой чиновники обладают и которую они не записали в свои декларации. Брали какую ниточку, начинали все раскручивать.

Например, сейчас я расследованию, как распределяются тендеры на вывоз мусора из Москвы. Вся Москва разделена на несколько административных округов. Каждые десять лет на вывоз мусора тратится двадцать миллиардов рублей. Это огромные деньги. Они несопоставимы с рыночными ценами.

А все заказы выиграли пять компаний. И принадлежат они Абрамовичу (Роман Абрамович — миллиардер, входит в десятку самых богатых людей России, экс-губернатор Чукотского области — РС),Тимченко (Геннадий Тимченко — российский бизнесмен, друг Владимира Путина — РС) и другим высокопоставленным олигархам, которые отдают эти работы на субподряд мелким компаниям, тем самым решая, кто из предпринимателей останется в этом бизнесе. А сами снимают маржу, как сливки, из этих тендеров.

Это уничтожает бизнес, конкуренцию и не позволяет предпринимателям поучаствовать в открытой торговле.

Как должен проходить тендер? Выставляется открытая заявка. Все предприниматели на открытых условиях конкурируют между собой, и тот, кто предложил лучшие условия, заключает госконтракт, выполняет нужную для города работу и получает за это бюджетные деньги.

Коррупции много, к ней привыкают. В 2010-м я читала в блоге Навального расследование о «Транснефти» ,которая незаконно растратила сто сорок миллионов, в том числе бюджетных средств, на работы, которые фактически не выполнялись.

Сто сорок миллионов! Тогда это взорвало интернет, об этом все писали.

А недавно опубликовали информацию, что «Аэроэкспресс» , аффилированного с руководством Российской железной дороги, незаконно получал из бюджета более миллиарда рублей. И это практически никого не тронуло! Сумма намного больше, но информация о постоянной коррупцию приедается даже активистам и СМИ.

Если просто написать сухой закон, то вряд ли кто обратит на это внимание. Например, у нас есть проект «Дачи». Мы ездим вместе с активистами и волонтерами на даче чиновников, которые они не задекларировали. С воздуха делаем фотографии и распространяем их в интернете.

Надо придумывать новые способы, чтобы возвращать на повестку дня борьбу с коррупцией. Если сделать качественную, яркую компанию, даже среди своих активистов, то это даст толчок позитива, информация разойдется, будет интересна и востребована.

Я не готова всю жизнь прожить в такой России. Мне хочется пожить в нормальной стране, с законами, которые нормально действуют, где я буду чувствовать защищенность своих прав и свобод, знать, что мое мнение гражданина может на что-то повлиять. Мне хочется, чтобы это все поменялось. Я уверена, что рано или поздно это произойдет. Будет это через год или через десять лет, или через двадцать лет, или завтра — сказать очень трудно. Но мы делаем все, чтобы этот день приблизить.

автор Александра Дынько

Данное интервью было опубликовано на сайте белорусской службы «Радио Свобода»на белорусском языке.

Перевод материала на русский язык Русский Монитор публикует с разрешения редакции Радио Свобода.

 

Comments

comments

WordPress 4 шаблоны
{lang: 'en-GB'} v