Полицейское насилие в отношении протестующих у нас и раньше случалось, но здесь есть одна вещь, которая принципиально отличает нынешнюю ситуацию от тех, что мы видели до сих пор. Это позиция наблюдателей – того самого «молчаливого большинства».
Раньше большинство это не ассоциировало себя с протестующими; оно вообще не очень понимало, чего эти люди хотят и чего им на месте не сидится (по этому поводу у меня был недавно отдельный текст, ссылку дам в комментариях). Так вот это самое большинство – будучи не в состоянии понять мотивы протестующих – в конце концов соглашалось с властями по поводу того, что это американские наймиты и не сильно возражал против насилия в их адрес. Ну а чего с наймитами церемониться?!
Сейчас всё меняется. Протестные настроения проникли в такие народные глубины, куда они раньше никогда не проникали. Здесь много причин – от экономических, связанных с падающим уровнем жизни, до стилистических – когда просто хочется, чтоб хоть что-то начало в этой жизни меняться, потому что «стабильность» действительно обрыдла, а обещанного образа будущего власть так и не предъявила.
Вот этот общий рост протестных настроений и становится сейчас как раз тем фактором, который определяет восприятие насилия основными группами населения. В ОТЛИЧИЕ ОТ ТОГО, ЧТО БЫЛО РАНЬШЕ, СЕЙЧАС БОЛЬШИНСТВО АССОЦИИРУЮТ СЕБЯ НЕ С ВЛАСТЯМИ, А С ПРОТЕСТУЮЩИМИ. Поэтому картинка полицейского насилия его коробит. Сейчас, когда в Москве бьют средний класс, почки начинают болеть у «глубинного народа» в Кологриве.
Вот только сейчас и начинается настоящая большая делегитимизация.