Мы имеем дело со странным. интерпретировать это трудно. во всяком случае на языке политологии. Сегодня пришли подтверждения того, что за Дмитрием Быковым следила группа сотрудников ФСБ, а затем его она отравила боевыми ядами. Само расследование опубликовано в СМИ, которые “иностранные агенты” (поэтому можно бы и не верить). Но – издания принадлежащие крупным холдингам “друзей путина” перепечатывают эту новость. Они не скрывают, не опровергают, а наоборот ставят мнение Быкова, он говорит: “Доказательства мне показались убедительными”. Возьмем рядового европейца. Для него тут шокирующим является не факт попытки убийства. В политике бывают убийства. Шокирующим является то, что национальные медиа публикуют расследование о государственном преступлении. Что требует немедленного запроса в прокуратуру. Но его не будет. Сам писатель прочитав расследование – если находится в логике европейской повседневности – уже завтра сидит окруженный своими и еще и дополнительными адвокатами, которые немедленно приступают к борьбе.
Но здесь этого ни-че-го-не-бу-дет.
А что будет? А “жизнь как бы пойдет дальше”. И вот это уже не вмещается в сознание. Можно “вместить в сознание” какую-то геополитическую аргументацию – пусть и совершенно ложную – например, о диверсии военной разведки на территории страны-члена НАТО или покрыть молчанием ситуацию с ответственностью за сбитый гражданский лайнер. Это все относится к сфере “большой политики” с точки зрения обывателя, который стремится вытеснить такие события на обочину сознания и заниматься своими повседневными делами.
Но вот перед нами доказательное предположение о попытке убийства писателя группой сотрудников службы государственной безопасности. И эти публикации не предполагают никакой институциональной реакции.
Встает вопрос: если таков “ход жизни”, то есть такова “норма”, то – отвлечемся тут от моральной стороны – и спросим себя: это что такое с политико-философской стороны? Это – русские построили наконец себе мир, описанный в статье Родиона Раскольникова, которая показалась Порфирию Петровичу весьма увлекательной и опасной? Каковы антропологические основания такового сообщества? Подчеркну: я сейчас говорю не о самом факте попытки убийства, а об отсутствии каких-либо действий в пространстве после попытки. Это отсутствие производит совершенно завораживающее впечатление. “Шокирующее” – это слабо сказано.