1) Обсуждать официальные “результаты голосования”, ну правда, вообще неинтересно. Судя по тем немногим внушающим доверие цифрам, которые нам доступны (опросы под руководством Сергей Белановский, экзит-полы под руководством Григорий Юдин, отдельные протоколы из разных регионов, которые выкладывали оказавшиеся там независимые члены ИК, и т.д.), можно предполагать, что реальные расклады симпатий на голосовании 1 июля были примерно 50 на 50: в мегаполисах и на севере с преобладанием “нет”, на юге и в центре с преобладанием “да”. Однако точно мы этого не знаем и, вполне возможно, никогда не узнаем: реальные результаты оказались надежно погребены под пятикратно большим ворохом “надомного”, “досрочного” и “электронного” голосования (а также, похоже, изрядного числа старых добрых “вбросов” целыми пачками).

2) Тем не менее никакого существенного взрыва в обществе эти фальсификации не вызвали. Все более или менее понимают, что результаты голосования нарисованы, но в целом готовы с этим смириться. И так, мол, было понятно, что они хоть тушкой, хоть чучелом, но свое “обнуление” обязательно протащат. Плюс лето, расслабленность и усталость от карантина. Плюс все заранее были готовы к фальсификациям – сам формат “голосования в течение недели в багажниках и на тележках” изначально их и предполагал. И так далее, и тому подобное.

3) Таким образом, пусть и криво, и с многочисленными натяжками, но в целом спецоперация “Обнуление” завершилась успешно, и теперь в РФ окончательно не осталось ни правовой системы, ни института выборов – даже в том минимальном ущербном виде, в каком они были еще год назад. Можно, конечно, надеяться, что хотя бы ближайшие выборы осенью еще пройдут по старым правилам – за один день, на участках и с наблюдателями (хотя и в этом я уже полностью не уверен). Но вообще назад авторитарные режимы по доброй воле откатывают крайне редко. Если общество проглотило такой формат “голосования” один раз, почему бы не оставить его таким же и на следующие разы? Как минимум к 2021 году почти точно к нему перейти попытаются.

4) Теперь о неприятном. Не хочу никого обижать, но против правды не попрешь: в процессе этой спецоперации провалились все оппозиционные политики, партии и движения. И те, кто призывал к бойкоту, и те, кто призывал к протестному голосованию. И коммунисты, и либералы, и национал-патриоты. И молодые, и старые, и активные, и пассивные. Полгода продолжалась подготовка к этому торжественному обнулению – и нельзя сказать, чтобы общество ее поддерживало, скорее наоборот, недовольство было достаточно велико. Однако никто из оппозиционеров так и не смог придумать убедительного ответа и повести людей за собой. Одни по одним причинам, другие по другим, третьи по третьим. Впрочем, я не хочу тут писать ни про кого лично (хотя мог бы подробно разобрать каждого). Не только потому, что многих из этих людей я знаю лично, с кем-то дружу, других уважаю за храбрость, третьим сочувствую. Но в первую очередь потому что мне с руки бросать камень – ведь всё вышесказанное я отношу и к себе самому: я тоже не смог ничего придумать и ничего изменить! (Политиком я себя не считаю, но уж как минимум посоветовать что-то мог бы, если бы какая-то прорывная идея мне пришла в голову – однако она, увы, не пришла). Это же относится и ко всем “лидерам мнений” из других сфер – не нашлось среди них “настоящего буйного”, реального лидера, и не смогла Россия спастись от немудренной комбинации Кириенко-Памфиловой.

5) При этом не думаю, что Путин и Ко обеспечили себе спокойную жизнь до 2036 года. Скорее наоборот: история знает множество примеров (чаще всего в африканских странах третьего мира, в одну из которых усилиями властей превратилась и РФ), когда очередной диктатор спокойно получал 90% на очередных псевдовыборах на пеньках, а через месяц другой вся страна радостно срывала со стен его портреты и пинала ногами трупы его приближенных. С окончательным уничтожением института выборов Кремль окончательно лишился каналов обратной связи, поэтому реагировать на изменения в общественных настроениях им теперь будет гораздо труднее, а у общества не останется легких способов выпуска пара, и в какой-то момент это обязательно рванет. Проблема только в том, что когда наступит этот момент, предсказать невозможно. С равной степенью вероятности это может быть и ближайшей осенью, и через 10 лет. А главное – почти никак повлиять мы на это не можем – особенно с учетом п.4. Поэтому остается только жить своей частной жизнью и ждать. Благо из-за коронавируса варианты с “надо валить” временно отменились, и ждать нам всем придется тут, дома.