Журналист и философ Дмитрий Запольский написал новую книгу, которая называется «Кремлевская кухня». Она издана издательством IDS и уже доступна на Amazon.  Знакомые с творчеством Запольского люди могут легко догадаться, что в новой работе автор продолжает тему, затронутую в  книге «Путинбург», в которой шла речь о том, как в 90-е годы прошлого века  Петербурге в рождалось явление, которое потом стало называться «путинизм». Мы связались с  Автором и задали ему несколько вопросов.

Про различные аспекты феномена путинизма уже написано немало статей, книг , даже научных исследований, но ваши книги отличает то, что, как мне представляется, вам удалось в полной мере раскрыть онтологическую суть сложившейся в стране системы, причем сделать это простым языком и в увлекательной форме. От ваших книг невозможно оторваться. Как вам это удается?

Не знаю. Я просто пишу такую треш-историю человеческих судеб. Феномен путинизма не том, что группа довольно жалких людей захватила и удерживает власть над Россией, а в том, что эта власть вполне удовлетворяет то, что называют «российское общество», хотя никакого общества в России нет и не было никогда, это сословная конструкция, в которой нет ни единой идеи, кроме «огораживания»: наверное, нигде в мире нет такого количества заборов. Даже на православных кладбищах в других странах не обносят могилы оградами, это нелепо! А в России – нормально. Путинизм — это идеология разобщения: каждый должен создать себе свое пространство, отхватить у слабого, вытеснить конкурента и оберегать захваченную им территорию от других, точнее чужих. Путинизм питается ненавистью к иным. И Кремль насаждает эту самую ненависть: осторожно! Кругом враги! Они угрожают вам: хотят захватить вашу огороженную территорию! Причем эти «они» не персонифицированы, тут и более успешные коллеги по работе, которые займут при первой же возможности ваше место, и какие-то меньшинства, которые заставят вас жить не так, как привыкли, иные культуры, которые вам непонятны, соседи за вашим забором, которые спят и видят, как бы отобрать вашу землю. Ну то есть пропаганда по телевизору и в интернете, направленная против Америки, Польши или Украины — это работает не столько буквально, сколько направлено на создание угрозы для рядового зрителя, на разжигание внутренней тревожности. На этой тревоге и живет путинизм: единственное, что объединяет все «огороды» – фигура лидера, именем которого и осуществляется управление. Людям страшно, они бесконечно одиноки, их ничего не объединяет, кроме того, что они подданые Путина. Это восточная деспотия, слегка модернизированная средневековая монархия.

Мои книги – об этих людях и путинизм в них – печальный и трагичный фон жизни, декорации страшного спектакля.

В  какой мере «Кремлевская кухня» является продолжением «Путинбурга»?

В той, что она написано мной. «Путинбург» был все-таки о городе, который экспортировал систему гангстерско-чекистского управления на всю Россию. Это была книга о генезисе, о рождении чудовища. И о его няньках. А новая книга уже не о девяностых, она как раз о путинской эпохе. О том, что стало происходить в ХХI веке. Как Кремль почти мгновенно отправил Россию в эпоху Орды, став многоликим коллективным ханом, в котором Путин всего лишь одно из его воплощений. Я представляю себе российскую власть, как образ демона с тысячами лиц.

Какой аудитории она адресована?

Я не могу ответить на этот вопрос, я пишу не для кого-то конкретного, у меня нет портрета читателя. Мои книги покупают и пожилые ветераны КГБ, и юные студентки из Москвы, Питера и Киева, эстонские фермеры, и депутаты финского парламента. То есть читатели все разные. Думаю, что их объединяет только то, что им интересно меня читать. Запросы на книгу приходят из Германии, из Израиля, России. Мои тексты всегда – неформат, этим мне они и интересны. Один товарищ-писатель как-то сказал, что «Кремлевская кухня» – кладбище ненаписанных романов, каждый рассказ и повесть можно расширить до двухсот страниц, но я этого не делаю и не хочу: мне нравится писать относительно короткие сюжеты, но острые и яркие.

Вы один из немногих людей в этом мире которые понимают,  как устроен путинизм, знаете, как он работает. Задам вам неожиданный вопрос: как сломать этот механизм?

Я не думаю, что его возможно сломать, он не в системе власти, которую можно менять, нет! Путинизм — это грибница, проросшая почти в каждую семью, в каждый дом. Это как плесень – от нее не избавиться ничем. Можно только сломать дом и на его месте построить новый. Увы. Нация пока не пришла к пониманию этой необходимости. Только показывая каждому, способному видеть, эти очаги поражения возможно открыть глаза. Естественно, что  большинству эта идея чужда. Но путинизм изживет  сам себя рано или поздно. Есть один секрет: если власть паразитирует на производстве ненависти и угроз, то предметом ненависти становится она сама. Увы, нам сейчас не так важно, как обвалится система, какой угол сгниет первым, какие бревна сначала превратятся в труху, какие потом: нам важно думать о том, как не попасть под обломки, выжить в своем человеческом менталитете. «Кремлевская кухня» – не учебник революции, это диагностический справочник, определитель болезни.

Вы не раз говорили о том, что Путин – всего-навсего наемный менеджер, или даже простой машинист поезда, с другой стороны, – в одном из своих интервью говорили о том, что тем не менее, Путин не является ставленником системы, потому что системы, как таковой нет, а есть некая «операционная среда». Как объяснить этот парадокс?

Ну это очень просто: общественные явления не являются системами: я уже привел аналогию с грибницей: вот растет мухомор, а вот – еще кучка. Это система? Если вы не знакомы с микологией, то видите систему: растет гриб на поляне под березой. А специалист понимает биоценоз, как и на какое расстояние распространилась грибница, почему именно здесь после дождя появилось плодовое тело. То есть в данном случае Путин — это мухомор, который является продуктом огромной грибницы. Он не ставленник, он способ воспроизводства грибницы в данном социальном биоценозе и в данное время. Если лось с голодухи  его съест, вырастут новые грибы, в том же самом месте или другом. Но пока грибница жива, пока дождь нефтяных и газовых доходов падает с неба, она будет приносить плоды. Простые обыватели ведь не видят того, что глубоко под землей, им кажется все простым и понятным: уйдет/умрет/исчезнет Путин и все начнется по-другому. Да, что-то изменится. Вырастет новый. Даже, возможно, количество белых точек на мухоморной шляпке поменяется, только съедобной поганка не станет никогда.

А кем, ощущает себя сам Путин? Как изменялись его взгляды на свое место в истории на протяжении этих 20 лет? 

Я думаю, что он устал. До измождения. Изначально он считал, что ему невероятно повезло – он поймал за хвост жар-птицу. Потом он решил, что сможет изменить мир и ему уготовано место в истории: не такое, как у Франко, Салазара, Пиночета или Фиделя Кастро, нет, он видел себя благодетелем нации, надежным и сильным защитником народа. После 2003-го он стал терять эти иллюзии, понимая, что народ – существо неблагодарное, что его окружение пользуется своим местом у кормушки, но в душе каждый понимает, что мог бы быть лучшим Путиным, чем он сам. И стал укреплять свою власть, начались точечные репрессии и создание сурковской модели политических зомби: парламенты не место для дискуссий, депутаты должны служить марионетками АП, бизнес – решать задачи укрепления вертикали и все такое. У Путина получилось управлять государством, как резидентурой: все стучат друг на друга, всех надо развести по разным углам поляны и дать возможность «окопаться». Ну а центре он: царь гиен, король шакалов, император птиц-падальщиков. Какое-то время все шло расчудесно, но он лоханулся в 2014 с Украиной. Думаю, что именно тогда он понял окончательно, что в историю войдет в образе скунса-вонючки. На крымнашистском угаре можно было продержаться какое-то время, но потребовалось включить «башни-излучатели» ненависти и тревоги. Сейчас он, на мой взгляд, пытается любыми путями уйти от реальной власти. Он катастрофически стареет, я не сильно верю во всякие слухи насчет тяжелых болезней, но как психолог и психоаналитик вижу: перед нами выпотрошенный человек, потерявший свое «эго», основу личности. Я давно предсказывал его скорый уход и продолжаю свою мысль: Путина держит в Кремле не жажда власти, даже не страх наказания и уж во всяком случае не перспективы суда. Его не отпускают элиты. Вот не непосредственное окружение, не свита, а построенная им вертикаль, включающая тысячи чиновников-винтиков, многие из которых в погонах. На самом деле конструкция слабая, разболтанная, гнилая. Но она держится на его имени.

Что в реальности представляет собой пресловутый «трансфер» власти?

Трансфер – дебильное понятие. Почему все так боятся назвать это простым словом – переход? Власть ведь не футболист высшей лиги! Путин уходит. Куда? В никуда. Россия – не Казахстан, Путин – не елбасы. Никто из русских правителей не смог никогда уйти из власти в любое место, кроме собственной государственной дачи. Или в гроб. Как только полномочия прекращаются, так и власть отключается. Что собой представляет старенький Михаил Сергеевич Горбачев? Образ клоуна на пенсии, собутыльника Венедиктова и опереточного персонажа. Такой Хрущев наших дней. Или Керенский. Путин может остаться на почетном месте, но в момент передачи ядерного чемоданчика преемнику, он моментально превратится в клоуна: именно путинизм, частью которого он является сам, не выносит никакого понижения статуса: либо пан, либо пропал. Вчера Дмитрий Медеведев был премьером, сегодня какой-то отставной козы барабанщик. Судорожные попытки Путина внести поправки в Конституцию нужны для того, чтобы слабый президент-преемник мог в дальнейшем иметь защиту от кремлевских интриг. Кто будет этим преемником? Тот, кто победит на кастинге. Возможно все тот же Медведев. Но это не имеет значения: грибница останется под землей. Путин какое-то время побудет рядом, чтобы подставить свое имя в случае нужды.

Впрочем Кремль не дает никаких намеков на личность преемника и тщательно скрывает любые варианты ухода Путина, так как там осознают: стоит обозначить сроки и имена, как начнется полный раздрай: Путин сразу станет «хромой уткой» и «ручное управление» потерпит крах. Мы снова находимся внутри «спецоперации». Но вот длится она уже очень долго – даже не 20 лет, а много дольше, возможно больше столетия.

Есть такой известный политолог, экс-профессор МГИМО Валерий Соловей, он делает намеки, которые можно довольно однозначно трактовать: Путин тяжело болен, и скоро уйдет –  поэтому спешит закончить дела и, так сказать, зафиксировать свои исторические достижения. Как вы относитесь к этой версии?

Все возможно в этом мире,  я думаю, что действительно тяжело болен: у него тяжелое генерализованное депрессивное расстройство и эго-дистония. И я верю, что именно самое близкое окружение пациента показывает ему – лучшего времени для фиксации политической прибыли уже не будет: акционеры начнут скидывать акции. Он понимает: чтобы его «отпустили», ему нужно выстроить новую программу защиты высшей элиты от самой себя. Это и есть объяснение поспешности и невнятности правки конституции. А вообще да, впечатление он производит нездоровое. Он вне будущего. Да и вне настоящего, он в прошлом: усталый, депрессивный, слабый и проигравший свою игру. Нам пора понимать, что мы уже в постпутинском периоде. Это как у Пушкина: «Он уважать себя заставил и лучше выдумать не мог…». Вот представьте себе эту терракотовую гвардию чиновников, каждый из которых думает: «Какое низкое коварство…»

На обложке вашей книге изображено некое устрашающее существо, которое напоминает владыку мира смерти из тибетского пантеона. Здесь содержится какая-то аллюзия?

Наверное Алеся Куклина, художница, рисовавшая обложку, ощутила мое отношение к путинизму, как демоническому являению, как к иррациональному злу. Ну и еще это дань самому близкому мне тексту в книге: рассказу «Ботхисаттва Петербурга».

Вы меняете имена героев ваших новелл?


Да. Всегда изменяю имена

Какими будут следующие поколения ваших героев? Я имею в виду, что существует такая версия, что, мол, да – первое поколение путинской «элиты» – сплошные упыри с руками в крови и дерьме по локоть. Их дети уже учатся в Охфорде и уже являют собой шаг вперед по сравнению с отцами, а внуки превратятся в ответственную национальную элиту и уж при них-то и будет эволюционным путем построена та самая «прекрасная Россия будущего». 

Яблоки от яблони недалеко упадут. Это было ошибочное суждение, мол, дети и внуки пиратов-каторжников построят прекрасную страну. Россия – не Австралия и не Новая Зеландия, здесь все будет наоборот: потомки негодяев-упырей с блестящим образованием становятся просто модифицированными упырями, способными планировать свое скотство на несколько десятилетий вперед. Варяги теоретически могли бы если не спасти, то как минимум проконсультировать постпутинские элиты, причем, открыв народу простые давно известные решения, например налоговые – платишь государству свои деньги, значит спрашиваешь куда оно их девает. А без понятных налогов нет никакой политической системы. И в этом случае очень заметная часть народа сразу прозреет: к власти появятся вопросы, – зачем нам ракеты на гиперзвуке, если проще договориться и не выпендриваться. Путин и его окружение, новые поколения его окружения все это понимают, поэтому в конституцию вводят дебильные нормы о запрете когда-либо имевшим вид на жительство другого государства баллотироваться в президенты. Типа, чтобы варягов не допустить. Но все это мышиная возня в коробке из под обуви.


“…потомки негодяев-упырей с блестящим образованием становятся просто модифицированными упырями, способными планировать свое скотство на несколько десятилетий вперед.


Путинизм это надолго?

Как власть конкретного Путина нет. Как явление – боюсь, что навсегда. В России  со временем закончится, в других странах расцветет. Это новая политическая формация, развившаяся в эпоху интернета, глобального падения уровня образования, падения критического мышления и появления новых социальных технологий. То есть властная конструкция, опирающаяся на тотальное оболванивание народа. Человечеству придется переболеть этим, как коммунизмом в прошлом веке, чтобы выработался иммунитет. Если перефразировать Маркса, «по миру еще долго будет ходить призрак путинизма»

Какую личную стратегию выбрать в путинскую эпоху простым людям. Уезжать, оставаться, бороться, смирится?

Я не гуру, советы в данном случае сложно давать. Но для себя я выбрал эмиграцию и сохранение себя в своей изначальной идентичности. А если кто-то серьезно ставит перед собой вопрос – какая стратегия лучше, то я отвечу так: если вы можете просвещать темную массу, а это великий подвиг, если вы способны вытащить на светлую сторону сто человек и для этого вам необходимо оставаться в России, то оставайтесь.  Если нет, то уезжайте: никогда не поздно начать все с нуля. И для России завтра вы будете важнее, чем сейчас: главное спасти свою идентичность.  Мир огромен и прекрасен, если вы способны думать, то для Кремля – вы нежелательный элемент, чужой. Свои там только те, кто вообще не может анализировать. Бороться бессмысленно: единственный способ борьбы – просвещение. Все дело в социальных технологиях, которыми Кремль овладел в совершенстве: любая оппозиция внутри России в конечном счете создана или управляется руками спецслужб. Причем, давление на эту самую оппозицию со стороны Кремля рассчитано точечно и точно, как  любая квалифицированная оперативная  работа. Такова ситуация, увы, исключений нет.  Участие в российской политике – работа на Кремль.  Можно быть в этом процессе марионеткой, можно – штатным провокатором. Трагедия в том, что сейчас это понимают единицы. Только долгая кропотливая работа по созданию критической массы скептиков, способных к анализу происходящего, сможет изменить этот заросший колючками ландшафт. Путинизм падет в России не от оппозиционных митингов, он самоустранится, когда начнется массовое гражданское неповиновение. На место Путина придут другие, потом на их места – новые, но пока власть не столкнется с полным игнором, ничего не изменится.


“…пока власть не столкнется с полным игнором, ничего не изменится.


Ваша книга отлично продается, насколько я понимаю она сейчас в топе политических книг на Амазон. 

Да, мне повезло в этом смысле: на Амазоне почти нет русскоязычных актуальных книг. «Кремлевская кухня» сразу взлетела на верхние строчки рейтинга. Причем в трех категориях и среди англоязычных изданий, что казалось бы немыслимо с точки зрения коммерческой логики. Я изначально предлагал издателю другие площадки, но издатель убедил меня в том, что Амазон – маркетплейс номер один в мире.

Вы думаете о том, чтобы перевести книгу на английский?

Мой издатель думает об этом. Очень нужно найти хорошего переводчика, носителя языка, понимающего заданный мной дискурс. Пока вот ищем. Может быть читатели «Русского монитора» подскажут такого человека.

Вы уже думаете над вашей следующей книгой?

Да, конечно. Я уже написал примерно пятую часть новой книги. Это будет опять сборник новелл, рассказов и маленьких повестей о нынешней генерации русских «цветов зла».

Беседовал Александр Корнеев

Книгу «Кремлевская кухня» в электронном формате может купить на Amazon любой желающий. И поверьте – она стоит того.

Дмитрий Запольский

Дмитрий Запольский (1958) имеет три высших образования: географ-биолог, психолог, философ. Служил в командиром взвода...