Анатолий Несмиян. Фото из открытых источников
 В России за сутки зарегистрировано почти 14 тысяч заболевших, из них почти 4,5 тысячи – в Москве.
Цифры, мягко говоря, странные. Если Москва – это примерно 15 процентов населения страны, то в целом по стране должны были зарегистрировать вдвое большее количество. Либо вирус более всего любит москвичей. Хотя объяснение, вероятнее всего, гораздо более прозаическое – чем выше уровень тестирования, тем выше цифры заболевших.
Но и это объяснение очень и очень некорректное и натянутое. Проблема вот в чем.
Без разбивки по категориям число выявленных “заболевших” – это ни о чем. Ни малейшей информации из общего числа извлечь нельзя. Дело в том, что “число зарегистрированных” – это люди, у которых тесты выявили наличие коронавируса. Оставим в стороне вопрос о точности тестов – это величина неизвестная и точно не равная 100 процентам. Однако сам по себе факт положительного ответа на тест требует уточнений.
Во-первых, человек-носитель вируса может вообще не чувствовать себя больным. Ни температуры, ни слабости, вообще ничего. Так называемый “бессимптомный носитель”. Сколько их в 14 тысячах сегодня выявленных – неизвестно.
Во-вторых, нужно учитывать, что человек, являющийся носителем, может болеть чем-то еще. Но как носитель, записан в одну-единственную статистику – коронавирусных больных. Опять тот же вопрос – сколько таких людей среди выявленных 14 тысяч?
В-третьих, человек, даже действительно болеющий ОРВИ, вызванным коронавирусом “Ковид-19”, может чувствовать себя неважно, но в целом находиться во вполне удовлетворительном состоянии. Или, как еще говорят, болезнь протекает в легкой форме. Что не предполагает госпитализации, а вполне достаточно изоляции на дому с рекомендациями врача для самостоятельного лечения. Сколько этих людей в выявленном количестве?
В-четвертых, возможно тяжелое протекание болезни, но без показаний к госпитализации. Опять же, в таких случаях вполне возможна изоляция на дому с периодическими визитами участкового врача. И опять сакраментальный вопрос – сколько таких людей?
И, наконец, только одна категория – пятая – это те, кто подлежит немедленной госпитализации и лечению уже в условиях стационара. Сколько? – вопрос снова без ответа.
Очевидно, что лишь пятая категория заболевших (при условии, что это именно заболевшие ОРВИ от Ковид-19) создают нагрузку на коечный фонд. Без понимания того, каков процент именно этой категории в общем числе выявленных, неясно, какова нагрузка на всю систему клинической медицины – в Москве или стране в целом. Но понятно, что даже если все эти пять категория равны по численности (что, конечно, не так, и пятая категория очевидно наименьшая по численности), то для Москвы нагрузка в 900 заболевших, подлежащих госпитализации в сутки – это просто ни о чем. Нужно понимать, что койки не только заполняются, но и освобождаются по мере выздоровления.
Однако точное информирование не входит в интересы власти. Она прямо заинтересована в противоположном – нагнетании атмосферы ужаса и страха. И здесь мы подходим к ключевому вопросу.
Басаев, захватив в Буденновске больницу и 2 тысячи заложников – безусловно, террорист. Как назвать российскую власть, которая захватила в заложники 140 миллионов человек с той же самой целью – создания атмосферы ужаса и бессилия? Басаев выдвигал политические требования к Черномырдину. Власть тоже выдвигает вполне конкретные политические требования, но уже к самому народу: подчинитесь, иначе… Голикова уже четко заявила – либо вы будете выполнять все требования и предписания, либо будет такой карантин, когда живые позавидуют мертвым. Однако кроме общих слов и цифр до сих пор неизвестно, насколько нынешний вирус опаснее того, с чем мы сталкивались ранее. Да и к цифрам все больше и больше вопросов.
Мало того – уже ВОЗ, которая и инициировала нынешнюю истерию, вполне официально заявляет, что карантин – не выход, что меры по массовой изоляции допустимы только в период, когда система здравоохранения не готова в полной мере к реагированию. Во всех остальных случаях карантин попросту опасен: “…один из ведущих медиков ВОЗ Дэвид Набарро объявил о том, что его организация больше не рассматривает карантинные меры как основной механизм противодействия коронавирусу.
Единственный сценарий, при котором карантин должен иметь место – это в случае неподготовленности системы здравоохранения к реакции на эпидемию. Тогда он на короткий срок даёт выиграть время.
Доктор Набарро признаёт, что решение ВОЗ взять на вооружение карантин привело к страшному экономическому кризису и удвоению нищеты на планете всего лишь за один год. Он называет это чудовищной ошибкой, которую нужно исправлять, а не повторять…”
Но российскую власть уже не остановить. Она убила здравоохранение через “оптимизацию”, а потому легкая зыбь в виде коронавирусной инфекции обрушила то, что осталось после “оптимизации”. А для того, чтобы прикрыть это преступление, совершается новое – вводятся жесточайшие и бессмысленные тотальные ограничения, заодно решается вопрос о приведении населения к покорности. Это, по сути, и есть те политические требования, которые террористы из Кремля и Белого дома выдвигают к населению страны.
В реальности российская власть перестала хоть чем-то отличаться от того же Басаева – ее методы и цели полностью совпадают с методами и целями террористов. Страна превратилась в огромный Буденновск, и все мы сегодня – это просто заложники. Заложничество, кстати – одно из тягчайших преступлений без срока давности. И нынешним правителям России стоит об этом помнить.