Фото: кадр из оперативного видео из Ярославской колонии

Не смотря на громкий резонанс, который вызвало обнародование жестоких пыток в системе ФСИН, опубликованное “Гулагу нет”, есть большие сомнения, что в сложившейся тюремной системе удастся что-то изменить, как показывает предыдущая правоприменительная практика

Скандал вокруг истязаний в саратовской туберкулезной больнице ФСИН не утихает две недели. Накануне ведомство Александра Калашникова попросило правозащитников предоставить им видео избиений и изнасилований заключенных, а омбудсмен Татьяна Москалькова сообщила о подготовке поправок в законодательство об отдельном наказании за пытки в тюрьмах. На этом фоне высказываются мнения, что изменения в закон не будут действовать при сложившейся правоприменительной практике:

Отказные и условки

О том, что правоприменительная практика по “пыточным” делам далека от совершенства, говорит доклад все того же Комитета против пыток, опубликованный в конце августа. Как отметили правозащитники, исследовав статистику по 219 фактам жестокого обращения в семи регионах России за период с 2000 года, в половине случаев (51%) дело по статье о превышении полномочий сотрудники СКР так и не возбуждают. С первого раза добиться начала уголовного производства удалось только по 23% заявлений о преступлении — обычно, в случае смертельного исхода, тяжкого вреда здоровью или широкой публичной огласки пыток. В среднем, следователи отказывают в возбуждении уголовного дела шесть раз.

Но даже если расследование доходит до суда, приговоры редко бывают суровыми. По данным правозащитников, из 122 силовиков, осужденных по делам о пытках, 52 человека (43%) отделались условными сроками. Средний срок для тех, кому назначили реальное лишение свободы, — 4 года.

Эти данные касаются представителей всех силовых структур, а статистика СКР по делам конкретно против сотрудников ФСИН, впечатляет еще больше. По данным ведомства Александра Бастрыкина, которые приводило агентство РБК, с 2015 по 2018 год в России было возбуждено 148 уголовных дел об избыточном применении силы сотрудниками колоний и СИЗО. Между тем, заявлений о применении насилия в пенитенциарных учреждениях в СКР за тот же срок было зафиксировано почти в 44 раза больше — около 6,5 тыс. При этом надо учесть, что в статистику не попали заявления, которые не были зарегистрированы правоохранителями, а также факты пыток, по которым их жертвы предпочли не обращаться к силовикам.

Резонансный пшик

Ярким примером применения к сотрудникам ФСИН статьи о превышении полномочий в связи с истязаниями заключенных стало уголовное дело надзирателей ярославской исправительной колонии №1. Возбуждено оно было в связи с широким общественным резонансом — видео в 2018 году опубликовала “Новая газета”. На кадрах, снятых на видеорегистратор одного из надзирателей, сотрудники колонии избивают заключенного Евгения Маркова дубинкой, сняв с него штаны и трусы, поливают водой и оскорбляют.

Как выяснилось, ранее дело об избиении этого заключенного уже расследовалось в СКР, и там пришли к выводу, что «применение физической силы и специальных средств при установленных обстоятельствах носило обоснованный и правомерный характер» и «было адекватно сложившейся ситуации», потому что Макаров нарушил правила отбывания наказания.

После публикации видео его прокомментировал теперь уже бывший первый замглавы ФСИН Анатолий Рудый. Он заявил, что заключенный Макаров якобы пытался спровоцировать сотрудников исправительного учреждения. Тем не менее, после обращения журналистов во ФСИН была проведена служебная проверка, итогом которой сначала стало отстранение от исполнение должностных обязанностей 17 сотрудников УФСИН Ярославской области, а затем — уголовное дело.

В январе 2020 года 14 фсиновцев, причастных к истязаниям Макарова, предстали перед судом по обвинению в превышении должностных полномочий с применением насилия. К тому времени один из бывших сотрудников колонии Сергей Ефремов уже получил 4 года лишения свободы — он пошел на сделку со следствием и дал показания, что Макарова пытали в воспитательных целях по поручению начальника колонии Дмитрия Николаева.

Тем не менее, экс-глава ИК-1 Николаев и его зам Игит Михайлов в ноябре 2020 года были оправданы судом в связи с отсутствием события преступления и получили право на реабилитацию. Позднее суд взыскал с РФ в пользу Михайлова 575 тыс. рублей — компенсацию на оплату услуг адвокатов и недополученный заработок. Остальным фигурантам дела о пытках Заволжский районный суд Ярославля назначил реальные сроки лишения свободы — от 3 лет до 4 лет 3 месяцев. Шестеро из них были освобождены в зале суда — им зачли срок нахождения в СИЗО.

ПАСМИ