Верховный суд России принял гениальное решение – признать экстремистским “движение АУЕ”. Это даже круче, чем мечта Трампа о признании “движения антифа” террористическим. Ведь, разумеется, никакого “движения АУЕ” с лидерами, иерархией и структурой не существует в природе. Есть лишь некая аморфная субкультурная среда. Однако менты, очевидно, уже потирают руки: теперь можно будет закрывать план по экстремизму, составляя протоколы на 15-летних админом пабликов про АУЕ вконтакте. Да и как нам вообще побороть субкультуру, романтизирующую блатную жизнь? Ясное дело: раздавая на ровном месте судимости и отравляя в лагеря.

Само собой, победить АУЕ сугубо при помощи давления никак не выйдет. Ведь это как раз культурный пласт сформированным и закаленный давлением со стороны СССР. Штука на самом деле уникальная – едва ли где-то в мире еще существует настолько унифицированная криминальная среда (обычно она просто делится на этнические банды и мафиозные семьи). А у нас пожалуйста: у криминала от Владивостока до Кенигсберга действовали одни и те же неписанные правила. Но в последние годы старая блатная культура постепенно отмирала сама собой: тут и переход реальной власти к этническим бандам и религиозным объединениям (джамаатам), и все большее сращение криминала с государство, и деградация герцогов преступного мира (воров). И будет забавно, если государство через атмосферу гонений, вдохнет в это все вторую жизнь.

А что нужно сделать, чтобы действительно положить конец блатной субкультуре я писал в своем одном старом тексте (https://medium.com/…/%D0%B0%D1%83%D0%B5-%D0%BF%D0%BE%D1%87%…):

“Победить криминальную субкультуру в России очень просто. Для того, чтобы победить ее за решеткой достаточно провести пенитенциарную реформу, которая бы приблизила жизнь российских заключенных к человеческим стандартам. Лишив тем самым необходимости полагаться на криминальную иерархию. Но это невыгодно никому: следователям для которых помещение в СИЗО — разновидность пытки, сотрудникам тюрем, имеющим свою прибыль от контрабанды и, конечно, самому криминалу — ведь так в нем есть надобность. Для общества в целом все аналогично. Чтобы искоренить моду на блатную романтику требуется всего-то создать работающие институты, которые бы удовлетворяли общественную потребность в порядке и справедливости. А для этого всего-то нужно победить коррупцию и изжить порождающий ее авторитарный характер российской власти. И только затем уже лишенный социальной базы криминал получится добить полицейскими мерами.”