RSS

Поплачь о нем, пока он живой

Вот сейчас в ленте много и, в общем-то, глумливо обсуждают гибель некоего Влада Колесникова. Сначала сообщили, что это было самоубийство – мол, пылкий юноша, осуждающий агрессию России на Украине и вообще режим Путина, не смог мириться с тем, как живет страна. Поднялась волна лайков и репостов, противники режима активно комментировали это в духе “Вот что делает кровавый Путин”.

Диссонансом в тот день прозвучали слова лишь некоторых блогеров, в симпатиях к “режиму” не замеченных, например, Татьяны Толстой / Она неожиданно резко обрушилась именно на “протестников”, фактически обвинив их самих (!) в гибели юноши, мол, ДОВЕЛИ: сами-то давно импотенты, просто уныло бурчите годами одно и то же в своих бложиках, реально ни на что неспособны – а некоторые искренние и наивные юноши покупаются, принимают бурчание за чистую монету, бросаются “бороться”, оказываются в гулком одиночестве – и из-за вас, суки, гибнут!

“Ответом” было бурчание уже в адрес самой Толстой, но, в общем, таким ее обличительным напором, судя по всему, и сама “протестная тусовка” была несколько ошеломлена и даже пристыжена (насколько это вообще возможно, конечно).

А охранительская часть политизированных сограждан в это время тоже не дремала – там провели типа “расследование” и заявили, что никакого… не не мальчика, но самоубийства и не было! Влад Колесников якобы просто выпил много водки, запивая ее психотропными таблетками – да и по молодости лет “не рассчитал дозу”. Вот и все, типа – “жил грешно и умер смешно”, говорить не о чем. В этом духе написали свои статьи разные столпы “охранительского” дискурса, например, Максим Кононенко расстарался и залабал аж две похожего содержания, которые разместил и в “Известиях”, и на “Вестях”.

И, знаете, создалось такое немного стыдное ощущение, что сия конфузная развязка всей истории на самом-то деле устроила, в общем, всех – и прогрессистов, и государственников-путинистов. Как бы не было “чистого и светлого мальчика, имеющего идеалы и не выдержавшего свинцовых мерзостей российской подлой жизни” – да и слава богу, ну его к бесу! Оказался “светлый и чистый” на поверку юным бухариком и наркошей, который сам за себя не отвечает – вот и славно. Потому что рядом с идеалистами, особенно юными, МЫ САМИ – причем с обоих флангов – смотримся как-то… непрезентабельно, что ли. Как-то чем больше про них думаешь – тем больше теряешь уважение к самому себе.

Да ну нафиг, в самом деле. Это ж даже хорошо, что их, “как выяснилось”, в природе не существует. Значит, можно спать спокойно, и даже неважно, что пропал повод кинуть пропитанный горечью и злостью перепост в харю преступному режиму…

Я, естественно, тоже такой же, как и Вы, мои дорогие друзья. Нет идеалистов – и слава богу. Мы, циники, вон какую замечательную Россию построили! Залюбуешься.

Но прочитал этот пост смешной девушки (она, кстати, меня не выносит, о чем не раз прямо мне заявляла) – и усомнился: а может, идеалисты все-таки еще существуют?

оригинал- https://www.facebook.com/alexey.roshchin/posts/1018065334932671

автор – Алексей Рощин

Фото Reyda Linn.
Reyda Linn

Недавно мы с Соней были на площади 1905 года и обнаружили там вот такую картину – группу революционеров, перед которыми городские власти установили типовую елку. При всей своей душераздирающей нелепости, эта картина отлично выражает мое новогоднее настроение. С одной стороны, я не могу отрицать, что город выглядит по-настоящему празднично. Вся эта удивительная иллюминация на Пушкинской площади, гирлянды, музыка в метро, аромат кофе и корицы, доносящийся из всевозможных кофехаусов и шоколадниц – это все очень атмосферно и настраивает на определенный лад. Но у меня не получается забыть, что вся эта рождественская бутафория – иллюзия, обманка, маскировка для вполне реального кошмара. Для закона, разрешающего ФСБшникам стрелять по женщинам и детям. Для посадки Ильдара Дадина и Ивана Непомнящих. Для военных действий в Сирии и в Украине, в которых ежедневно умирают люди – и тот факт, что эти смерти остаются незамеченными, сути дела не меняет.

Меня как будто бы переключает из одной реальности в другую. Вот я стою и не могу сдержать улыбки, глядя на “светящийся туннель” в Пушкинском сквере. А потом щелк! – и я внезапно вспоминаю, ГДЕ я, собственно, живу, и начинаю ненавидеть все эти гирлянды, елки и веселую толпу на улицах. Это не пир во время чумы, не взвинченное веселье, подогретое отчаянием. Это предельное (на самом деле, запредельное) равнодушие и отчуждение пока-еще-благополучных от всего страдающего и неблагополучного. Это то состояние ума, при котором памятник погибшим за свои идеи воспринимается как тумба, и напротив него устанавливают елку, не задумываясь о трагикомичности полученного визуального эффекта.

Комментарии

Комментарии