Роман Попков: Я не знаю, по глупости Райкин сказал то, что сказал, или из трусости

По поводу сорванного концерта Райкина в Одессе прогоню телегу.

Сейчас как раз новость о том, что концерт “сорван украинскими радикалами” кремлевцы из “Яндекса” всеми силами удерживают в новостном топ-5.

Помимо кремлевцев рты сейчас пооткрывает российская либеральная творческая элитка. Классовая, социальная солидарность этой элитки – одна из самых ядреных на планете Земля энергий. Как же так, мол, узколобые политиканы посмели тронуть ТВОРЧЕСТВО, которое, мол, вне политики. Великого Райкина Второго (или какой он там по счету), парящего над грязной физической реальностью, огорчили. В Одессе причем, святом для всяческих Райкиных городе. Иерусалиме театралов, сатириков и иных тонких людей.

Ну и российская политота тоже подключится – от полу-ватной, типа Кашина, до всякой стопроцентно прогрессивной, у которой сейчас крайне модно разочаровываться в “ценностях революции достоинства”, глубокомыслить о том что “все пропало”, “ничего не поменялось”, и “победила националистическая шиза”.

Так вот. Идите вы все нахрен. И творческая интеллигенция, и просто интеллигенция. Украинцы, задающие на территории Украины Райкину вопрос “Чей Крым?” (а именно в этом в основном заключались действия, направленные на “срыв” концерта) – они абсолютно в своем праве.

Я напомню, в 2014 году Райкин в одном из интервью ( http://www.amur.info/simple/2014/06/25/5102 ), сказал, что “радуется конечно” тому, что Крым стал российским.

Вот цитата: “Когда я узнал, что мы не будем вообще вмешиваться в дела Украины, когда там какие-то начались националистические такие настроения, я первое, что подумал: “А как же русские люди? Как же русский город Севастополь, который я так люблю?””

Конец цитаты.

Я также напомню, что 2014 год – это время было очень мерзкое, кровавое, но и очень ответственное. Тогда нужно было думать над каждым публично произносимым словом, потому что вес этого слова трансформировался в вес определенного количества граммов свинца в начинающейся войне. Тогда нужно было понимать, что происходит что-то мерзкое, что-то крайне, вопиюще несправедливое и лживое. И нужно было сопротивляться, говорить другие слова. Тогда был шанс остановить весь этот кровавый ад на старте – если бы общество консолидировано выступило против.

Я не знаю, по глупости Райкин сказал то, что сказал, или из трусости. Скорее всего, по глупости. Но это же абсолютно неважно.

В итоговом количестве крови, пожаров, разрушений, похорон, ампутаций, вдов, сирот, ненависти и слез, во всем этом итоговом объеме ада – вина Райкина есть. Вот она есть, и никуда от этого не деться. Разумеется, она несоразмерна с виной какого-нибудь Соловьева, или Киселева, или там Доренко. Она маленькая, крошечная. Небольшая капелька в потоке лжи, ненависти и крайнего политического идиотизма, который захлестнул в 2014 году Россию. Если вина Соловьева в войне – размером с Юпитер, то вина Райкина – размером со спичечный коробок. Но она есть. Не надо говорить, что ее нет.

И украинцы, жители страны, в которой появились сотни новых кладбищ, по улицам городов которой ходят люди на протезах – они в своем праве помнить об этой вине. И я бы на их месте помнил. И они имеют право задавать уточняющие вопросы. И у Райкина, кстати, вполне был шанс извиниться, а не с шипением убегать за кулисы из-за того, что какие-то смерды посягнули на его величие.

Да, и не надо говорить, про то, что “искусство вне политики”, “не трогайте театр” и тому подобную чушь. О том, что “искусство вне политики” стоило помнить, когда политические вопросы в интервью начинают задавать, и быть последовательно аполитичным в своих ответах. Если уж ты не хочешь бороться с упырями (как положен настоящему творцу, художнику), так действительно, закутайся в кокон тотальной аполитичности и не поддерживай мерзость весом своих слов. А то сперва говоришь про то что “политика дело очень лживое”, и, через абзац, начинаешь пиздеть про “националистические настроения на Украине”. Все, чувак, ты уже в политике – вот ровно с тех пор, с 2014 года, а не тогда, когда начал что-то про Мединского говорить.

А вообще театр и прочие сцены-арены – отличное место для политического акционизма. В России я помню два похожих случая – за один немного стыдно, а вторым горжусь.

Первый случай – НБПшники в Брянске в 2001 году атаковали певицу Валерию во время концерта – девушка-нацболка ударила ее по лицу букетом цветов, а партийцы раскидали листовки. Повод был в том, что Валерия в каком-то интервью заявила, что любит снимать свои клипы в Латвии, с латышами ей проще, чем с русскими. А тогда как раз в Латвии судили ветерана ВОВ Кононова – старого больного деда, за то, что он убил каких-то коллаборационистов во время войны. И НБП адски топила за Кононова. Сейчас бы за такое интервью Валерию посадили на кукан и без всяких нацболов, но в то время для творческой элитки было правилом хорошего тона признаваться в своем западничестве.

Второй случай – когда нацболы (ставшие уже либеральными прогрессистами) в день очередной инаугурации Путина после очередных псевдовыборов в 2004 году устроили акцию в Большом театре. По-моему давали “Мазепу”, но суть была не в теме спектакля, спектакль мог быть любой. Активисты захватили “Царскую ложу”, жгли файера, кидали в партер листовки и скандировали лозунги – против возрождающегося самодержавия, против несменяемости власти и т.д. Столичные театральные фифы выли от возмущения, но часть публики отреагировала на акцию аплодисментами и одобрительными криками. Акция была яркая, в ней было что-то маняще красивое, что-то из тревожного рубежа XIX – XX веков.

Но резюмируя по главной теме, повторю: украинцы в своем праве.

оригинал – https://www.facebook.com/roman.popkov.56/posts/1581641291893720

автор – Роман Попков

Новости партнёров

Комментарии

Комментарии

Похожие материалы из этой рубрики