Сергей Пархоменко. Фото: facebook
“…мы не считаем возможным участвовать в дальнейшем в какой-либо дискуссии, и в дальнейшем не имеем в виду делать какие-то комментарии или заявления на этот счет… – сказал сегодня официальный представитель президента Российской Федерации в ответ на вопрос о первом интервью Навального в Германии.
И это очень важное заявление.
Оно ясно демонстрирует глубокий непрофессионализм и самого представителя, и его хозяина. А также показывает степень растерянности, в которой они оказались. И наконец, раскрывает совершенно отчетливо, до какой степени плохо они сами понимают, как глубока яма, в которую они провалились.
Дело в том, что это от них больше не зависит – участвовать или не участвовать “в дискуссии”, делать или не делать какие-либо “комментарии”, иметь или не иметь “в виду”.
Сам Алексей Навальный, его жена Юля, его сотрудники и все те, кто участвовал в спасении отравленного политика (включая пилотов самолета и врачей той самой первой скорой помощи, которые вывозили его из омского аэропорта и “купили ему самые главные 15 часов жизни”, как Навальный сам говорит), заставили события повернуться не так, как планировал тот, кто задумал и приказал его убить.
Теперь эти события и продолжают развиваться не так, как хотелось бы отравителям, а так, как повернул их Навальный: тем, что не умер, что не сдался, что преодолел страх, и действует дальше. Вот это его интервью “Шпигелю” – первый серьезный удар, который он наносит.
Так это и будет теперь дальше. Никто “не имел в виду” часами обсуждать его по федеральным пропагандистским телеканалам, врать и изворачиваться, обсуждая покушение на него, в телефонных разговорах с президентами и канцлерами других стран, нелепо путаться в версиях диагнозов, врать про рафаэлки, брехать про ЦРУ. Не собирались, но пришлось. И дальше придется.
События будут развиваться, а отравители и их официальные представители будут за этими событиями тащиться. Будут и участвовать, и комментировать, и иметь в виду, – столько, сколько потребуется.
Никуда, суки, не денутся.