RSS

Судьба банка МКБ: не санация, но Роснефть

  • Written by:

13 ноября стало известно, что на работу в Московский кредитный банк был принят Михаил Полунин — руководитель банка «Пересвет», а данный момент проходящий санацию Всероссийским банком развития регионов (ВБРР), принадлежащим Роснефти. Ожидается, что Полунин войдёт правление МКБ в качестве кризис-менеджера, имеющего за плечами успешный опыт финансового оздоровления «Пересвета». В экспертном сообществе превалирует мнение о том, что МКБ, на спасение которого были брошены ресурсы структур Сечина, вскоре перейдёт под полный контроль нефтяников.

МКБ – «банк-пылесос»?

Многочисленные слухи, которые последние месяцы ходили вокруг Московского кредитного банка и его перехода под крыло Роснефти, сегодня уже приобрели форму состоявшегося факта. Известно, что госкорпорация перевела на счета МКБ 22 млрд. рублей в виде субординированных депозитов, а также порядка 200 млрд. рублей в виде сделок репо с баланса банка «ФК Открытие». На этом фоне основной бенефициар Московского кредитного банка Роман Авдеев сообщил о том, что финансовое учреждение не нуждается в услугах Центробанка России в «содействии в финансовом оздоровлении», а сам МКБ продолжает входить в десятку банков по объёмам активов и продолжает свою успешную деятельность.

Так ли это на самом деле, учитывая, что в кредитных рейтингах агентств «большой тройки» по поводу МКБ приводятся далеко не столь радужные прогнозы? К слову, международные аналитики продолжают называть политику банка рискованной, а вероятность дефолта очень большой. При этом одной из причин таких проблем эксперты называют работу МКБ в качестве классического «банка-пылесоса», который привлекает большое число депозитов, устанавливая ставку выше рыночной и накачивая тем самым собственные активы.

«Спасение» МКБ структурами Роснефти

Для понимания ситуации, складывающейся вокруг МКБ, необходимо вернуться к Сечину и его операции по спасению банка. Прежде всего, стоит напомнить о том, что принадлежащие «Роснефти» структуры итак являлись основными депозитариями МКБ, и это объективно означает большой опыт совместной и, конечно, более чем «плодотворной» работы. Второй важный факт – после истории с «Открытием» госкорпорация фактически лишилась «дружественного» финансового партнёра, и перед Сечиным встала задача найти нового банк, подходящий по параметрам. Для чего? Во-первых, банки нужны «Роснефти» для того, чтобы получать валюту для расчёта с иностранными кредиторами, а имея связи в ЦБ, превратить акции в доллары крупному банку, как показывает практика, труда не составляет. Второй момент – схема, которая активно использовалась в «Открытии» – это пресловутые процедуры РЕПО, при которых подконтрольные «Роснефти» структуры получали возможность брать кредиты в залог собственных ценных бумаг.

Вместе с тем, Московский кредитный банк фактически смог опереться не только на деньги Сечина: известно, что МКБ дополнительно привлёк 14,4 млрд. рублей через SPO, а после выхода обновлённого рейтинга от Moody`s (рейтинг необеспеченного долга перешёл с B1 до Ba3 (с положительного на стабильный) в управлении банка сообщили о планах выполнить вторичное размещение акций и привлечь ещё около $258 млн.

Пока же собственником МКБ с 56% активов остаётся Роман Авдеев, который управляет банком через свой же концерн «Россиум». Именно этот факт заставляет задаваться вопросами о причинах приведения «структурно значимого для всей российской банковской системы» финансового института к ситуации, требующей санации. По информации портала compromat.ru, через «Россиум» Авдеев, возможно, вывел миллиарды долларов на счета своих же проектов, а в качестве денег он использовал ликвидность МКБ. Например, таким способом ему удалось совершить допэмиссию девелоперской группы ОПИН. Вместе с тем, зафиксированный общий долг структуры под названием «Россиум» в сентябре 2017 года составил 40 млрд. рублей. Очевидно, что этот долг вполне можно считать причиной стремительного оттока средств из МКБ: собственник банка уже не спасает его, а банально выводит активы.

О серьёзных проблемах в Московском Кредитном Банке, которые прячутся за видимой деятельностью менеджеров, может свидетельствовать и то, что сразу три пенсионных фонда вышли из капитала МКБ накануне его SPO. Казалось бы, ситуация выправляется, плечо подставляет сам Сечин, но НПФ РГС, НПФ «Сафмар» и НПФ «Доверие», к слову, входящие в ТОП-10 пенсионных фондов страны по объему пенсионных накоплений, принимают решение прекратить сотрудничество. Общая сумма средств, которые принадлежали этим ПФ в МКБ, оценивается аналитиками в 7,3 млрд. руб.

Причины проблем и подозрительная активность МКБ

Как оценивать ситуацию, учитывая, что бизнесмен Роман Авдеев, возможно, активно выводит деньги из своих структур, а солидные «денежные мешки» иметь дела с ним не хотят? Вполне возможно, что клиенты МКБ начали осознавать риски, связанные с тем, что Московский кредитный банк предоставляет кредиты девелоперским («Инград») и многим другим проектам Авдеева, возможно просто реализуя схему «кредитую сам себя с гарантированным невозвратом». Что она даёт? Например, благодаря кредитованию связанных сторон и невозврату кредитов Авдеев легко присваивает деньги, которые были принесены в МКБ обычными вкладчиками.

Взглянем на цифры: в 2014 году МКБ удалось нарастить объём своих активов до 571,2 млн. рублей, заслугой чего эксперты посчитали установление банком относительно высокой процентной ставкой по депозитам – выше средней по рынку. 2015 год оказался не таким удачным, а в отчётах независимых аналитиков стала появляться информация о наличии у МКБ солидной ссудной задолженности. И это при том, что объём заимствований на зарубежных финансовых рынках, по данным газеты УтроNews, на тот момент достиг 1,5 млрд. долларов.

То, что, Авдеев мог использовать банк для банального вывода средств, а главный акционер МКБ – концерн «Россиум» – к 2017 году официально заработал долгов на сумму 40 млрд. рублей, соответствующим образом интерпретировали в Fitch: в отличие от российских аналитических агентств, на протяжении года дружно повышавших рейтинг МКБ, авторитетное рейтинговое агентство из числа «большой тройки» ещё в июне месяце вынесло вердикт – «ВВ-» (уровень кредитоспособности ниже достаточного). При этом аналитики из Fitch нашли у МКБ порядка 127 млрд. рублей потенциально рисковых кредитов. Сам собой напрашивающийся вопрос: а куда смотрят специалисты из российского ЦБ и соответствующих органов, если налицо попытка обрушить банк и завладеть деньгами вкладчиков? Здесь снова стоит вернуться к спасителю-Сечину.

Зачем Сечину Московский кредитный банк?

Похоже, что руководитель госкорпорации, лишившийся удобного партнёра после краха «Открытия», фактически прикрывает своей грудью Авдеева. Цена такой помощи известна: благодаря МКБ, а также тому, что Авдеев всё меньше интересуется банковским бизнесом (или стремительно покидает его, боясь быть пойманным за руку), Сечин получает доступ к долларовой ликвидности Московской биржи. Отсюда бесконтрольные выпуски рублёвых облигаций Роснефти и их продажа Центробанку за рубли, а НКЦ (банку Московской биржи) – за доллары. А ведь это отличный способ обойти санкции, не так ли?

Весьма вероятно, что полученные таким способом доллары Сечин будет тратить привычным способом: станет активно приобретать активы, как он делает на протяжении последних лет. Только за 2017 год за счёт рублёвых облигаций Роснефть приобрела индийскую Essar Oil ($3,7 млрд.), доли в египетском Zhor ($2,1 млрд) и «Конданефти» ($699 млн). Известно и о выкупе миноритариев «Башнефти» и др. на сумму $1,256 млрд. А ведь фактически всё это – долг компании (госкорпорации), который на текущий момент времени можно сравнить с годовым бюджетом Российской Федерации.

Что произойдёт, если Сечин, уже заработавший репутацию не совсем удачливого менеджера (чего стоят переоценённые и крайне сомнительные сделки в Венесуэле), потерпит фиаско в своих финансовых играх, где главным инструментом выступит Московский кредитный банк – один из основных финансовых институтов страны? Крах банковской системы, экстренное закрытие Московской биржи, обесценивание рубля, обманутые вкладчики? Думая о возможных последствиях, неизбежно возникает вопрос: почему бездействует ЦБ или даже сам Путин, которому перед выборами не нужны проблемы? Напрашивается только один вывод: Набиуллина не может ничего противопоставить ближайшему другу Путина, а последний попросту дал добро на применение схемы.

Настоящая истерия, которая охватила умы российской околофинансовой публики, то и дело сталкивающейся с многочисленными банкротствами и отзывами лицензий, инициированными Центробанком, достигла своего апогея в августе, когда журналисты ознакомились с содержанием письма-предупреждения менеджера «Альфа-Капитала» Сергея Гаврилова.

Напомним, что представитель одной из самых крупных управляющих компаний страны, занимающий должность директора по работе с состоятельными клиентами, осуществил рассылку сообщений с целью уведомить инвесторов о нестабильном положении ряда российских банков. В письме, подписанном Гавриловым, говорилось о том, что уже осенью 2017 года Центробанк примет решение по санации четырёх крупных финансовых институтов: «Открытие», Бинбанк, МКБ и Промсвязьбанк.

Следующие за этим события не только подтвердили «прогноз» Гаврилова, но и заставили инвесторов судорожно выводить свои активы из этих банков: о санации «Открытия» и Бинбанка было официально объявлено в сентябре, тогда как самого сотрудника «Альфа-Капитала» вызвали на беседу в самые высокие кабинеты главного финансового регулятора страны. Всё это не оставляет сомнений в том, как правильно сформулировать наиболее острый вопрос, стоящий на повестке дня прямо сейчас: кто будет следующим – МКБ или Промсвязьбанк?

Дмитрий Холод

Комментарии

Комментарии