Международная группа ученых и деятелей культуры, в том числе лауреат Нобелевской премии по литературе Ольга Такарчук , американский историк Тимоти Снайдер и экономист Сергей Гуриев, направили открытое письмо Европейской комиссии и правительствам европейских стран. Об этом сообщает «Радио Свобода», со ссылкой на DW

Они призывают их поддержать гражданские общества Беларуси и России, которые подвергаются массовым репрессиям. Инициаторы письма просят европейских политиков помочь в создании Восточноевропейского университета в странах-членах ЕС для репрессированных студентов и преподавателей, вынужденных бежать из Беларуси и России.

DW поговорил с одним из инициаторов проекта – немецким историком Восточной Европы из Центра исследований современной истории в Потсдаме Яном Клаасом Барендсом.

– Как возникла идея создания Восточноевропейского университета?

– Идея возникла в прошлом году на фоне протестов в Беларуси. Благодаря пандемии наш институт сэкономил на командировках, и мы смогли пригласить коллег из Беларуси. Сейчас они работают на нас в Центре исследований современной истории Ассоциации Лейбница в Потсдаме. Кроме того, была инициатива Немецкой ассоциации восточноевропейских исследований для студентов из Беларуси. А на международном уровне были разные инициативы – Александр Эткинд и Хасан Гусейнов из России, которые рассматривали аналогичный проект для репрессированных ученых из России, поскольку их российские коллеги потеряли работу.

Так что это была коллективная идея. В истории так называемых университетов в изгнании есть примеры. Свободный университет Берлина принимал молодых студентов из оккупированной СССР зоны послевоенного Берлина, которые переезжали в американский сектор с 1948 года. Новая школа социальных исследований в Нью-Йорке принимала немецких иммигрантов в 1930-х и 1940-х годах.

Таким образом, помимо личной свободы ученых, решаются и социальные вопросы. Те, кто бежал из Беларуси и России, уже находятся в Европе, но в Германии не созданы структуры для их приема. Есть в Литве, в Польше, но почти нет в Западной Европе. Наша идея – найти европейское решение этой проблемы – и в то же время создать условия для преследуемых ученых, чтобы они могли продолжать работать.

– Сколько студентов и учителей сейчас преследуются в России и Беларуси?

– Сложно сказать. Ведь некоторые из них уже есть в Украине, Литве, Польше, а некоторые в Берлине или Франкфурте-на-Одере. По Беларуси конкретных цифр нет. Но мы говорим о сотнях, тысячах людей. Мы также опасаемся, что количество покидающих Россию увеличится, потому что там также начались преследования протестующих. Отчисляют студентов, увольняют учителей. Эти люди не должны работать курьерами, у них должна быть возможность продолжать заниматься наукой.

– Где появится Восточноевропейский университет? В Берлине или в другом городе?

– Конкретных планов пока нет. Он может появляться в разных местах, в том числе в Интернете. Например, за границей есть турецкий университет, который работает онлайн. О конкретных планах можно говорить только в том случае, если политики дадут хотя бы минимальный бюджет. В открытом письме мы заявляем, что готовы инвестировать в этот проект в свое время. Мы, люди, подписавшие письмо, готовы проводить семинары и помогать студентам. Но решение поддержать проект и предоставить финансирование должны принимать европейские политики.

Есть смысл создавать университетские городки в нескольких городах, так как политические мигранты находятся в Литве, Польше и Германии. Но это не противоречит другим инициативам. Скорее, этот проект объединяет их всех под одной крышей.

– Кто может там учиться или преподавать? Есть ли какие-либо условия, которые должны быть выполнены для поступления?

– Условия соответствуют обычным европейским стандартам, Болонской системе образования. Как и в любом европейском университете, здесь планируется решать для себя, на что потратить выделенные средства, кого нанять, какие факультеты создать. Студенты из Беларуси или России смогут учиться на родном языке или частично на английском. А для учителей, не владеющих иностранными языками, будет возможность продолжить работу на родном языке. Никто не ожидает, что человек, который 20 лет преподавал политологию в Беларуси, будет говорить по-немецки.

 – Каковы ваши следующие шаги? Вы ищете финансовую поддержку или людей для поддержки проекта?

– Для нас важна любая поддержка. Сейчас, в первую очередь, речь идет о привлечении внимания политиков. Важно озвучить проблему и необходимость ее решения. Расскажите о людях, которых преследуют.

Кроме того, важно показать, что это возможность для европейской политики создать проект мягкой силы. Возможно, именно здесь будет создана новая элита для эпохи, которая наступить после Лукашенко и Путина, что отвечает интересам европейской политики. Мы знаем, что диктатуры не живут вечно, но мы не знаем, когда это закончится. Это может случиться завтра, а может продлиться еще десять лет. Но важно, чтобы мы создали структуру, в которой Европа могла бы внести свой вклад в поддержку свободной науки, предоставить работу коллегам-преподавателям и студентам с образованием, которое они смогут применить после падения диктатуры. В идеале они смогут вернуться домой и применить там знания, полученные в свободном обществе.

– Почему вы предлагаете создать отдельный независимый университет, а не принимать студентов и преподавателей на базе существующих?

– Конечно, можно привлечь к проекту некоторые институты, например, Европейский гуманитарный университет в Вильнюсе. Но наша идея – создавать кампусы в разных местах. Наверное, таким странам, как Литва, в одиночку будет сложно реализовать такой проект. Поэтому рекомендуется привлечь как можно больше партнеров, а затем посмотреть, что возможно.

– Есть ли уже поддержка со стороны политиков?

– Мы уже поговорили со многими политиками. Этот процесс начался буквально две недели назад. Теперь идея будет обсуждаться в политических партиях, в комитетах, в парламенте Брюсселя и в Бундестаге. Письмо публикуется на четырех языках, в частности на норвежском и голландском.

 

Мы надеемся создать давление с разных сторон. Чем больше людей знают о проекте, тем больше людей его поддерживают. Кроме того, некоторые страны уже многое сделали в этом направлении. В прошлом году Польша предоставила белорусским студентам сотни образовательных стипендий.


Для нас важно привлечь такие страны, как Германия, у которых есть большие ресурсы. Существуют небольшие программы поддержки преследуемых ученых, такие как Фонд Александра Гумбольдта, но этого недостаточно для нынешней ситуации в России и Беларуси. Нужна большая поддержка на европейском уровне. Я надеюсь, что мы к этому придем. Пока мы в начале пути.