Руководитель Минюста РФ Константин Чуйченко заявил, что, его словам, никаких юридических оснований для освобождения оппонента в российском законодательстве нет. По его словам, судьи ЕСПЧ приняли «политическое решение».

Требование Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) об освобождении лидера российской оппозиции Алексея Навального является необоснованным, незаконным и заведомо невозможным, заявил в комментарии для РБК глава Минюста Константин Чуйченко.

Министр назвал решение ЕСПЧ беспрецедентным по нескольким причинам. «Во-первых, это явное и серьезное вмешательство в деятельность судебной системы суверенного государства. Во-вторых, это требование является неадекватным и незаконным, поскольку оно якобы «не содержит никаких ссылок на факты или нормы права, которые позволили бы суду принять такое решение» (разумеется путинский чиновник нагло врет, так как решение ЕСПЧ, с которым можно ознакомиться на сайте Алексея Навального, содержит все необходимые отсылки,  а кроме того, Россия, ранее уже неоднократно подчинялась требования международного суда, принятым в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда. – Ред.), – подчеркнул он, добавив, что требование явно не имеет исковой силы, поскольку оно якобы противоречит конституции РФ. «Нет никаких юридических оснований для освобождения этого человека из-под стражи», – заявил путинский чиновник.

Чуйченко также считал, что судьи Европейского суда приняли «явно политическое решение», и предупредил, что это может только осложнить восстановление отношений между Россией и институтами ЕС.

«Выполнение этого решения ЕСПЧ было бы не чем иным, как проявлением избирательного подхода, который противоречит основному принципу деятельности Европейского суда по правам человека, а именно гарантии верховенства закона», – заявил путинский министр.

ЕСПЧ ранее в среду призвал российские власти освободить Навального

Решение ЕСПЧ было вынесено рано в среду и опубликовано Навальным в своем блоге. Суд Европейских сообществ принял решение о применении временных мер в соответствии со статьей 39 Регламента Суда. Суд постановил, что освобождение должно произойти «незамедлительно».