Альфред Кох: «По поводу американского сериала «Чернобыль» могу сказать следующее»

После аспирантуры, которую я закончил аккурат в 1986 году, я работал в ЦНИИ «Прометей» Министерства судостроительной промышленности. Это был, как тогда говорили, почтовый ящик. То есть военный институт, который занимался оборонной тематикой. Конкретно я там занимался всякой херней типа программ по экономии металла при сварке корпуса судна.

Однако были у нас в институте и серьезные ребята. Например, было отделение радиационной защиты. Сами понимаете: у нас в Минсудпроме производились атомные подводные лодки, на корабли ставилось ядерное оружие и т.д.

Так вот, пока я там работал (а работал я там два года) практически ежемесячно перед входом в это отделение стоял портрет сотрудника с черной лентой и перед ним — скромный букет тюльпанов. Без слов было понятно, что ребята были посланы в Чернобыль и там получили летальную дозу радиации.

Молодые ребята, может 30 — 35 лет, сплошь кандидаты физмат наук, красивые и умные. Так было почти все время, пока я там работал. То есть это были десятки профессионалов, которые умерли спасая всех нас.

А с другой стороны: кого еще было посылать туда, как не специалистов по радиационной защите? Вот их и послали. Все справедливо: умерли те, кто и должен был умереть в таких обстоятельствах. И они свой долг исполнили. Вечная им память.

А про фильм что сказать? Мне кажется, что в России такой фильм снять не могут. Не могут по нескольким причинам.

Во-первых, потому, что не в состоянии так скурпулезно воспризвести эпоху. Одежду, помещения, дома, прически, обувь, автомобили, выражение лиц и т.д. Я как окунулся в свою молодость, в то время, когда мне было 25 лет…

Я знаю, что сейчас обнаружилось огромное количество ловцов блох, которым резало ухо слишком частое употребление «товарища» или (как и мне) было весело смотреть на «Ивана Грозного, убивающего своего сына» в Кремле.

Но, я вам прямо скажу: это все фигня. Главное передан аромат эпохи. Именно такой и был застой. Стеллан Скарсгард (Борис Щербина) — потрясающая по своей достоверности работа. При том, что и персонаж и его реальный прототип — люди невероятного мужества и героизма, но эта унылая морда ответработника: откуда он знал как это играть? Эта вечно кислая физиономия — она же — воплощение совка!

Джаред Харрис (Валерий Легасов) — опять стопроцентное попадание. Огромные очки в толстой оправе (где такие взяли?), корявое лицо, мятый, плохой костюм. Типичный советский ученый. Умный, дерганый, запуганный. Не строящий никаких иллюзий относительно моральный кондиций своего начальства…

А давайте хоть и наоборот: подскажите мне работу любого российского режиссера, который изобразил бы американскую жизнь на том же уровне достоверности? Вспомните какой это угар и трэш — Чикаго, в изображении Лехи Балабанова (Брат-2). Самим, небось, смешно было смотреть…

Да что американскую! Российские режиссеры даже советскую жизнь изобразить не в состоянии. Чего стоят одни только лубки Тодоровского? Ничего более позорного и лживого в изображении 60-х, чем «Стиляги» или «Оттепель» даже вообразить себе невозможно…

Но даже и это не главное. Я в этом мини-сериале увидел прямую и явную благодарность и восхищение мужеством и героизмом людей, которые занимались ликвидацией аварии и ее последствий.

Чего только стоит сцена, когда трое добровольцев соглашаются залезть в радиоактивную воду, чтобы открыть шлюз: молча встают — и выходят из зала… Или весь эпизод с шахтерами: от начала до конца — просто сплошное восхищение этими людьми. Которое, разумеется, передается и зрителю.

И тем более удивительно (и, если честно, противно) читать, что кто-то увидел тут изображение советских людей как бессловесных скотов и тому подобное… Нет этого!

Наоборот: четко сказано: не врите людям! Люди, если им прямо и честно говорить все как есть, делают все добровольно, толково и самоотверженно. И я много раз в течении всего фильма испытывал гордость за наших людей, и предательское щипание глаз и першение в горле…

И вот этого наше российское/совесткое кино сделать вообще не в состоянии. Оно либо уходит в описание индивидуальной героики как спонтанного акта («Баллада о солдате»), либо улетает в какую-то космическую масштабность, которая выливается в Ульянова-Жукова и Сталина, склонившегося над картой («Освобождение»).

Вообще советское искусство (а «мединское», в широком смысле, кино — это эстетически и идеологически, безусловно, часть совка) не умеет выражать любовь к своему народу. К конкретным героям — да. К вождям — еще как. А вот к своему народу — нет. Не умеет. Потому, что этой любви у него — нет.

Это отсутствие любви и уважения, отсутствие признания за народом его субьектности — это вообще характерный признак советского (и современного российского) искусства, как разновидности пропаганды. И не только искусства, но и вообще — общественной жизни. Отсюда и выведение любого политического или общественного события как акта, инициированного той или иной «башней Кремля» и т.д.

И когда появляется кино, созданное в рамках другой эстетической и социальной традиции, то этой явной декларации любви к народу, спасшему мир от чудовищной катастрофы, люди, воспитанные в «мединских» канонах, не видят. Они ее не замечают. Их оптика устроена иначе. Они видят лишь стадо баранов, которых гонят на убой. И в этом своем убогом дальтонизме они обвиняют авторов сериала. В то время как это факт их собственной биографии…

И еще одна тема в фильме была выражена достаточно четко. И это тоже не могло не вызвать раздражения у наших «патриотов». Эта тема банальна и стара как мир. Но здесь она обнажена до предела: народ своим героизмом и самоотверженностью спасает не только себя, но и ту власть, которая довела ситуацию до такого предела, когда спасение возможно только ценой героизма и жертв.

И сдается мне, что именно это и вызвало главное раздражение тех, кто дергает за ниточки этих бездарных клоунов, которые мигом встрепенувшись, кинулись ругать сериал.

Особенно мне понравилось то, что российские пропагандисты тут же запустили в работу сериал про Чернобыльскую аварию, в которой она произошла из-за диверсии, осуществленной американским шпионом. Вот это — пять! Молодцы!

Российские «деятели искусства» уже не в состоянии скрыть свое нравственное и интеллектуальное убожество. И тем контрастнее и убедительнее смотрится американский пятисерийный реквием по советским героям.

Оригинал: https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=2516040028429707&id=100000712037223

Комментарии

Комментарии