В пятницу вечером были опубликованы данные по статистике доходов граждан. Пятница вечер – вполне стандартная практика публикации плохих данных, когда между самим событием публикации и хоть какой-то реакцией проходит несколько дней, а потому новость уже как бы и не новость.

Данные действительно плохие – падение реальных доходов за второй квартал составило 8%. Почти половина населения страны живет на 500 рублей в день, примерно 15 процентов имеет доход порядка 25-30 тысяч в месяц (то есть, около тысячи рублей в день), почти 10% населения живет в экстремальной нищете в пределах 5 тысяч рублей в месяц.

По всей видимости, протесты в Хабаровске имеют под собой гораздо более сложную подоплеку, чем запрос на справедливость – хотя и этот мотив весьма серьезен. Люди устали от кромешной бедности и нищеты, а главное – беспросветного будущего, которое все более прочно начинает ассоциироваться с главной фамилией – Путин. Поле его поддержки, которое ранее базировалось на лозунге: “Лишь бы не было хуже” сокращается стремительно. Хуже уже просто некуда, хотя, конечно, Путин со своими дружками вполне способен удивлять даже в таких условиях. И повышение с 1 августа тарифов на газ, с помощью которых будут поддерживать обанкротившийся Газпром, вполне демонстрирует зверскую политику федеральной власти, обирающей народ и не собирающейся как-то останавливать этот процесс.

Протесты – мера вынужденная. От хорошей или хотя бы приемлемой жизни выходить на улицу желающих не так уж и много. Но жизнь явно вышла за границы нормальной, а потому арест Фургала для хабаровчан стал лишь поводом, который стал последней каплей.

Нужно учесть, что дальше лучше не будет. Модель российской экономики обанкротилась, падение цен на сырьевые экспортные товары обострило все имеющиеся проблемы, которые не решались не просто годами, а десятилетиями, но ранее была возможность латать дыры сверхдоходами от продажи сырья. Сегодня и газ, и нефть уже продаются на экспорт по цене ниже точки безубыточности, и по всей видимости, такое положение теперь либо надолго, либо навсегда. Именно поэтому модель экономики – банкрот, но другой нет. И не предвидится, так как в любой другой модели нужно будет снижать норму воровства, чего путинские друзья делать не только не хотят, но и не могут.

Ранее обычным людям вешали лапшу на уши – вот-вот, подождите немного, мы тут проведем реформы, тут подтянем, тут прикрутим – и будет все хорошо. Обманывать можно долго, но не бесконечно. Верить записному лжецу из Кремля желающих все меньше. Нужно отметить, что вообще-то говоря, любой расчет на любые реформы при несменяемой власти – утопия. Именно потому что власть несменяема, никакого изменения экономической и социальной политики не будет ни при каких обстоятельствах. Путин и его система способны существовать только и исключительно в рамках этой модели. В любой другой – нет. Поэтому они будут держаться не только за власть, но и за эту модель. Можно пересаживать с кресла на кресло своих друзей, тасуя колоду, но рентный характер экономики неприкосновенен. А значит – люди будут жить все хуже и хуже, так как рентная база стремительно сокращается, ее недостаточно даже для путинских дружков, народу не достается вообще ничего.

Именно поэтому возникает и крепнет понимание, что Путин – это и есть нищета народа. “Есть Путин – нет народа”. Есть только беспросветное будущее и бесконечное воровство. Поэтому и растет протест. Он, конечно, неоформленный и во многом бесструктурный. Пока. Но развитие событий происходит все быстрее, чему способствует целая череда кризисов и катастроф – как внутренних, так и внешних. И проблема в рамках существующей системы власти и управления, существующей экономической и социальной системы неразрешима. Думаю, что во второй половине 20 года протест людей пройдет через стадию качественной трансформации. Он, конечно, пока крайне далек от любого конструктивного начала, и ждать от него каких-то прорывных идей в будущее не приходится. Пока протест носит строго деструктивный характер – “Так жить нельзя”, “Долой”, “Перемен требуют наши сердца” и тому подобное. Но так бывает всегда – чтобы что-то построить, нужно расчистить строительную площадку. Осушить болото, убрать развалины и обломки. Деструктивный этап протеста всегда выполняет эту задачу, и без него подойти к конструктивной части невозможно. У конструктивной части свои особенности и проблемы, но она не может наступить без демонтажа прежней системы.

А потому протест будет нарастать, приобретать все более радикальный и ожесточенный характер. Судьба страны решится все равно не на выборах – существующие механизмы обновления власти носят строго имитационный характер. Через выборы фашизм не уходит. Но власть сама закапывает себя, продолжая безостановочно грабить страну и народ. Она остановиться не может, а значит – ее конец предопределен.

Любой диктатор начинает с миллионных митингов в поддержку себя любимого, а заканчивает либо в подвале, либо в сточной канаве. Гитлер, Чаушеску, Каддафи, Муссолини, Пол Пот… Путин тоже собирал тысячные митинги, а заканчивает в изолированном от внешнего мира бункере. Все по стандартному сценарию.