Сначала рассказывали, что у Навального всего лишь нарушен обмен веществ. Надо было дать ложку сахара в самолёте, и всё бы с ним было нормально. Потом выясняется, что врачи в Омске первым делом вкололи Алексею атропин: антидот, используемый при отравлении.

Сначала сообщают прессе, что в местах пребывания Навального проведены масштабные следственные действия. Опрошены люди, с которыми он контактировал, проверено, что он ел и пил, в Томске взяты различные смывы и образцы, включая пробы воздуха. Потом Песков говорит, что уголовное дело по факту покушения не будет возбуждено, потому что для этого нет повода.

Сначала публично врут, что никакого отравления не было, это всё выдумки оппозиции и немецких врачей, а Навальный «просто заболел». Потом спикер Госдумы Володин заявляет, что Алексей был отравлен в результате иностранного вмешательства, чтобы дестабилизировать обстановку в России.

В отличие от Путина и его окружения, я не учился школе КГБ и не знаю, как правильно заметать следы после незаконных спецопераций. Но кажется, любому очевидно: чтобы убедительно врать, надо придерживаться одной версии.

А когда вы утром говорите одно, а вечером прямо противоположное, то ощущение от этой болтовни такое: на воре шапка горит.

В данном случае — на убийце.