«Я согласен приостановить бомбардировки на период в две недели… Почти все спорные моменты между Соединёнными Штатами и Ираном согласованы… Наступает Золотой век… Будем делать огромные деньги…», — это написал сегодня человек, который вчера грозил гибелью иранской цивилизации. Нет больше вопроса, готовы ли были тегеранские генералы и аятоллы фанатично идти хоть в рай, хоть в ад. Не стоило и спрашивать. Они знали, кто им угрожает, и не держали всерьёз. Мало ли, что несёт Трамп.
Глава государства-гегемона вознамерился покончить с тоталитарно-террористическим гнездом. Сорок дней бомбёжек. И в итоге суетливый отскок. Всё ещё заботясь о сохранении отсутствующего лица, президент США ссылается на просьбу премьер-министра Пакистана. Дональд Трамп не мог отказать Шахбазу Шарифу. Поэтому Вашингтон принимает десять пунктов, продиктованные в Тегеране. «Работоспособная основа», — говорит Трамп.
Сам он этих пунктов пока не оглашал. За него это сделала иранская сторона. Составлен акт американской капитуляции перед режимом аятолл (теперь, скорее, режимом страж-генералов). Прекращение огня, вывод американских войск из всего ближневосточного региона, выплата репараций, согласие на обогащение урана… Единственная конкретная уступка Тегерана — открытие Ормузского пролива. Который и так был открыт, пока Трамп не взялся воевать. Теперь разблокирование пролива на условиях прекращения войны подаётся Трампом как его победа. Но тогда не проще ли было не побеждать?
О победе трубят обе стороны. Одна из них имеет основания. «Неоспоримое историческое сокрушительное поражение» — оценивает Высший совет нацбезопасности Ирана (ВСНБ) ситуацию, в которой оказались США. Можно оценивать масштабы разрушения иранской инфраструктуры, перспективы предстоящих переговоров, детали возможных договорённостей. Но есть главное и неотбиваемое: война начиналась для свержения хомейнистского режима — этот режим устоял. Жестокий факт не перекрутишь никакими «с одной стороны, с другой стороны».
Хомейнисты наглядно продемонстрировали: терроризировать соседей вовне, расправляться с народом внутри — эффективный метод выживания. Огромная западная сила пасует перед свирепостью. Не выдерживает минимально длительного дискомфорта. Не предвидит решимости врага. Не обязательно даже быть КНР или РФ. Хватает исламской республики.
Превращены в чихание грозные ультиматумы Белого дома. Несколько дней назад всерьёз обсуждалась высадка морпехов и десантников на острове Харк и на берегу Ормузского пролива. Что теперь? Кто впредь станет обращать внимание? Заодно во всей красе проявилась западная солидарность. Разбегание Североатлантического альянса, как в стишке про войну грибов, наблюдал весь мир. Рассуждения о расколе НАТО или о путях сохранения НАТО утратили актуальность. Ибо не о чем.
Пиковой отметки достигает малоумный цинизм на излюбленной теме Трампа. Президент-миллиардер, словно безденежный лузер, повторяет мантру про будущие деньги. Не уточняя, кстати, откуда они возьмутся. За него опять-таки уточняют в Тегеране. Там уже оговорили платный проход через Ормузский пролив. Кормушку стражей исламской революции легализуют международно. Снятие блокады и контроль над танкерными перевозками пополнят бюджет террора. А если ещё и репарации… Стильно будет наблюдать, как американские деньги смазывают иранскую военную машину.
Есть, правда, другой финансовый эффект. Мировые цены на нефть предсказуемо спадают после заявлений Трампа. К сегодняшнему утру баррель Brent на лондонской бирже ICE торговался на отметке $93–94 вместо вчерашних $110. Баррель российской Urals — около $93, а не вчерашние $116. На 4–7% обвалились котировки «Роснефти», «Татнефти», «Лукойла», «Новатэка». Что да, то да.
Важнее и страшнее другое.
Пока Трамп хвастается сделкой, в тегеранской тюрьме Эвин ждут петли курдская активистка Пакшан Азизи, правозащитницы Варише Моради и Насим Симияри, протестующая Сахар Голами… Никто не берётся сказать, жива ли Мелика Азизи. Известны её слова, брошенные судьям: «Вы пролили столько крови, как я могу молчать? Убейте и меня, мне всё равно».
Репрессивные органы хомейнизма перегруппировались и укрепились. Снятие внешнего давления обеспечит разворот вовнутрь. Режим с новыми силами приступает к внутренней зачистке. Несусветная клоунада из-за океана подставляет людей миллионами. Тех, кто шли на уличные бои с карателями под возгласы «Спасибо, Трамп!» Всему этому лучше не искать название. Слишком оно очевидно.
Однако имеется и реальный результат: основательное прореживание хомейнистской элиты. (Позавчера, кстати, израильским авиаударом убит начальник разведки и безопасности КСИР генерал Маджид Хадеми.) Ликвидация Али Хаменеи или Али Лариджани многое меняет в тегеранских раскладах. Ни о какой «либерализации» или хотя бы «умеренности» нет речи. Прерогативы закрепляет генералитет Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Персонально на первый план выдвинулись генерал-спикер Мохаммад-Багер Галибаф и генерал-секретарь ВСНБ Мохаммад-Багер Золькадр. Оба — старые кадры КСИР. Специалисты по «асимметричным операциям».
Власть перетекает от верхушки шиитского духовенства к военно-карательной директории. Клерикальные органы — Совет экспертов, Совет целесообразности, Совет стражей конституции — позиции сдают. Снижается влияние ведущих теократов — аятоллы Джаннати, аятоллы Кермани, аятоллы Арафи. Провозглашённый рахбар Моджтаба Хаменеи-младший — если жив и в сознании — правит милостью командующего КСИР генерала Ахмада Вахиди. Командование КСИР больше не нуждается в теологических санкциях. Власть принадлежит тем, кто контролирует пусковые установки, а не медресе. Генерал Галибаф и генерал Золькадр, генерал Вахиди и генерал Каани, полицейский генерал Радан и гэбистский генерал Сайяри — эти персонажи уверены сейчас в своих правах победителей. По итогам «Эпической ярости».
Израиль обозначил особую позицию. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху поддержал двухнедельное перемирие. Но явно дал понять, что не считает себя связанным трамповскими договорняками. Израиль твёрдо намерен устранить экзистенциальную угрозу своему существованию. И будет добивать «Хезболлу». Любая передышка сейчас — выигрыш времени для врага.
Складывается мрачная картина. Трамп и его окружение любят побеждать по-лёгкому. Как в кейсе Мадуро. Наталкиваясь на готовность отбиваться, включают по анекдоту «ладно, вычёркиваю». И переводят разговор на цифры будущих гипотетических доходов. От сговора с теми, кого только что приговаривали к гибели без обжалования.
Так и не усвоить Трампу с его окружением: враг мыслит иначе. И потому выигрывает.
В ряде комментариях просматривается отчаянное: ещё ничего не решено! Задуманы многодневные переговоры, на которых американская мощь должна дожать вразумлённую делегацию Галибафа. Должна-то должна. Никто не удивится даже, если, прекратив войну, через неделю-две Трамп начнёт заново. Чему с ним удивляться? Но мир уже увидел гротескное самоаннигилирование. Бомба упала. Выводы сделаны. Хотя можно понять людей, не желающих в это верить.
Надежда уходит последней. Но если остаётся, то уже совсем на другое.
Среди официальных победных торжеств в Тегеране прорывается глухая ярость. Редко, но мелькают в СМИ зарисовки из кварталов тегеранской бедноты от Навваба до Фалаха. Десятипунктная сделка воспринята как второе предательство, после январской трагедии. Лозунги «Смерть диктатору!» теперь соседствуют с проклятиями в адрес американского президента: «Продал кровь иранцев за дешёвый бензин». Протестное движение подвальных спортклубов и студенческих ассоциаций, сопротивление титушкам-басиджам, окончательно переходит от уличных шествий к городской партизанщине.
В тюрьме Эвин продолжают голодовку приговорённые к смерти активистки. Тишина обманчива. Оставив иранский народ один на один с окрепшим монстром, Трамп лишь гарантировал жесть будущего. В этой новой реальности не быть наивным иллюзиям и беспринципным отскокам. Не шахзаде Реза Кир Пехлеви, не либеральная правозащита, а Акбар Гударзи и «Форкан» — беспощадное Различение в бою.
Сами того добились.
Роман Шанга, специально для «В кризис.ру»