Алексей Лапшин: Толстой свёл христианство к чистой этике

В связи с недавними нашумевшими высказываниями телепропагандиста и вице-спикера Госдумы Петра Толстого многие стали вспоминать о нигилистическом отношении его знаменитого предка Льва Николаевича к всевозможным скрепам. Дескать зря чиновник прошлое начал ворошить. Действительно, граф Толстой был одним из самых радикальных, глубочайших и последовательных разоблачителей основ общества и государства. Не только в России, но и в мире вообще. Я, конечно, прежде всего имею в виду поздний период его творчества. Роман “Воскресение”, повести и философские размышления этого времени. Меня поражает, когда вроде бы начитанные люди называют Толстого “скучным”. Типажи подобные его нынешнему потомку Петру совершенно несовместимы с ним ни в социальном, ни в онтологическом смысле.
Однако как раз критика христианства, в первую очередь православия, наиболее слабое место в толстовской системе. Вот лишь самые общие замечания. Граф совершенно верно указывает на извращение сущности христианства с тех пор как оно становится государственной религией, культом способствующим удержанию отношений “господство-подчинение”. В определённом смысле толстовство близко к гностикам и русскому старообрядчеству. Но в ещё большей степени Лев Николаевич здесь оказался под влиянием рационалистических идей, которым он вовсе не был чужд. В результате он исключил из своего понимания христианства метафизику и свёл его к чистой этике. Между тем, вне метафизического контекста учение о непротивлении злу насилием выглядит довольно шатко. Ленин, который очень ценил толстовское творчество, верно уловил это противоречие: с одной стороны “Лев Толстой, как зеркало русской революции”, с другой, – “юродивая проповедь “непротивления злу” насилием”. Сугубо этическая трактовка христианства , бесспорно ослабляет революционное учение Толстого.
Кстати рационалистический подход плюс христианский морализм характерны и для толстовской критики Шекспира. Лев Николаевич взялся критиковать различные очевидные условности и нестыковки в сюжетах и поведении героев английского драматурга, в то время как у Шекспира важна именно образная система, архетипы образов.
Тем не менее, граф Толстой, безусловно, один из главных предтечей всех трёх русских революций начала двадцатого века. Революций русских, но одновременно и многонациональных. Иначе и не могло быть в империи. Отделение русских от многочисленных представителей других народов, участвовавших в этих грандиозных событиях, совершенно ложно.

оригинал –https://www.facebook.com/alexey.lapshyn/posts/1169396036514389

автор – Алексей Лапшин

Новости партнёров

Комментарии

Комментарии

Похожие материалы из этой рубрики