Первую серию картины зрители увидели 11 августа 1973 года. Фильм приобрёл широкую популярность в Советском Союзе уже во время премьерного показа, говорят, что улицы во всей стране буквально пустели

Если кто-то подобное уже писал, то прошу прощения)
Фильм этот, конечно, стоит особняком. И не только потому-что его консультировал Семён Цвигун, а принимал Андропов. И не только потому-что Юлиану Семёнову не просто позволяли писать больше чем другим, но это ещё и печаталось.
Постараюсь покороче.
Хочу проанализировать лишь бытовые моменты, жизни Германии весной 1945 года. Понятное дело, что это лишь фантазии Лиозновой, не имеющие отношения к жестокой исторической правде, но ведь фильм приняли. А по легенде его принимал сам Андропов и замечания его были лишь об усилении роли немецкого коммунистического движения.
Начнем. А вы продолжайте в комментариях.
Вот лишь несколько моих личных наблюдений.
Штирлиц везёт пастора из тюрьмы в ресторан. Ну то таке, как говорится. Но, вдумайтесь! Февраль 1945 года, Берлин. Это примерно как Сталинград в августе 1942 года. Кормят Штирлица и пастора не супом из перловки с тушёнкой. Им приносят нечто вкусное с приборами. Кстати, рестораны вовсю работают, что подтверждается Мюллером, который запрещает ходить в один ресторан и разрешает в другой.
Я уже молчу о том, что “баварское есть” или коньяк и сигареты не по карточкам в Элефанте.
Продолжим ресторанную тему, раз уж начали. Штирлиц приезжает к Эрвину и Кэт и вдруг спохватывается, что забыл привезти дефицитное молоко. Но в Элефанте он пьет кофе “как всегда без молока”. То есть молоко есть.
Теперь продолжим с Кэт. Кэт в Шарите. Приходит страховой агент. Он конечно – офицер Гестапо, но Кэт нисколько не смущает факт страховой выплаты за уничтоженное имущество. Ну да. Киев, август 1941 года. Все были застрахованы и получали выплаты!
Далее. Дуболомов из гестапо, обнаружив передатчик, не “почки опустили” в камере, а начали вести следствие.
Тоже и с генералом в поезде. Он так и говорит в ответ на вопрос Штирлица, почему тот не боится откровенности: “Пока они найдут второго свидетеля”. Вот это режим! Вот это фашизм лютый! Второго свидетеля искать, а не под пытками ломать.
Генерал и Штирлиц едут в поезде. По воюющей стране. Но в поезде дают настоящий кофе. Почему-то Правда, по словам Штирлица, только иностранцам дают вторую порцию) ужасы войны от Лиозновой.
Генерал и Штирлиц выходят на пограничной станции. Мальчик торгует сигаретами. Вы помните выбор сигарет?) Наверное контрабанда?) Это вам не выбор между махоркой для солдат и комсомтавским Беломором или Казбеком.
И опять ресторанная тема. Фрау Заурих и Габи конечно греются в Элефанте, но Габи срочно перепечатывает меню. Меню ресторана в марте 1945 года
Я не касаюсь питания Штирлица дома. Это такое. Паек хороший.
Но вспомним напоследок случай с Клаусом. Штирлиц обещает, что отправит Клауса в горы в Инсбрук. Белый снег, прекрасное катание, юные лыжницы .Февраль 1945 года, в Австрию, в Инсбрук. И там все работает. А в ноябре 1942 года на Кавказе курорты работали?)
Вот такая вот антисоветчины от Татьяны Лиозновой. И всем нравилось) Даже Андропову и Брежневу. Парадокс

Facebook.com

Фото РИА Новости